Мятежный

Соседи вывалились на улицу, а кто-то просто приподнял жалюзи на окнах своих огромных особняков, пристально наблюдая, как вереница машин окружила дом Рен.

Это напомнило мне о вступительной сцене в фильме «Синий бархат»[39], в которой на первый взгляд идеальный район кишел жуками и шипящими тараканами. Образцовые парни из безупречных семей-основателей Школы Всех Святых уже не были такими идеальными.

Я почувствовала, как рука Бэйна сжала мою ладонь, и посмотрела вверх, наблюдая, как на деревьях дрожат листья. И я подумала, что будь это сказкой, я бы закончила главу так:

С меча принцессы стекала кровь.

Но она отказывалась убирать его обратно в ножны.

Ей хотелось оставить за собой след их страданий, чтобы они всегда могли найти ее.

Глава двадцать восьмая

Бэйн

Джесси спросила, можем ли мы сначала заехать к ней домой.

– Зачем? – застонал я, разочарованный перспективой новой встречи с Пэм.

– Мне нужно сделать кое-что важное.

Пэм дома не оказалось – по словам Джесси, она, вероятно, побежала к своему адвокату и готовилась оспорить завещание, – и я вздохнул с облегчением, опускаясь на кровать девушки. Сама Джесси заползла на нее на коленях и остановилась перед доской с поляроидными снимками.

– У тебя есть зажигалка? – Ее взгляд оставался прикован к доске.

Что это за вопрос? Я заядлый курильщик. У меня всегда имелись под рукой две зажигалки и коробок спичек. Влажная мечта любого пиромана. Я выудил одну из кармана и бросил в руки Джесси.

– Неужели мы наконец-то спалим это уродливое место?

Джесси оглянулась и улыбнулась мне.

– Не весь дом. Только фотографии.

Мы спустились на задний двор, где умер Шэдоу, и сложили фотокарточки в импровизированный костер возле шезлонгов.

– Самое забавное, что я никогда не фотографировала спину Даррена. Он так хорошо умел прикрываться своей шепелявостью и второсортными костюмами. – Она открыла зажигалку и начала жечь край фотографии спины какого-то подростка, после чего бросила ее к остальным снимкам, которые быстро подхватил огонь.

– Да, меня он тоже этим обманул. – Я присел на один из шезлонгов, любуясь задницей Джесси и размышляя о ее отчиме. – Эй, знаешь, о чем я подумал?

Она обернулась, чтобы встретиться со мной взглядом.

– О чем же?

– Я трахал свою сводную сестру и даже не знал об этом. Это заводит.

Джесси закусила губу.

– Я хочу оставить свой автомобиль здесь. В конце концов, он мне никогда не принадлежал. Ты одолжишь мне свой пикап, если понадобится?

Почему нет? Я уже отдал тебе все, что у меня есть, включая мое сердце, которое не хочу возвращать.

Я закатил глаза, притворно изображая раздражение.

– Так и знал, что ты окажешься охотницей за деньгами.

Некоторое время спустя мы ездили по центру города, стараясь не думать о том, что произошло в Эльдорадо.