Мятежный

Я чувствовал его в своих легких.

– «Никогда» кажется мне подходящим ответом.

– Чушь. Даже моя мама уже сдалась. Что уж говорить о тебе, городской плохой парень? Я не питаю надежд."

"– Очень зря, Джесси. Я не стереотип, не титул и не городской хулиган. И я поймаю тебя.

– Так сделай это.

– Дай мне подсказку.

– Лабиринт имеет форму снежинки, а я нахожусь в ее центре.

В самом деле? Какое странное совпадение. Но потом я вспомнил ее татуировку.

Вся моя жизнь была залогом этой встречи с тобой.

Возможно, не такое уж и странное. Может быть, она действительно была моим искуплением.

Я осмотрелся и понял, что нахожусь где-то на границе лабиринта. Я знал это, потому что, если подпрыгнуть на месте, можно увидеть кусты роз.

Я бросился в обратном направлении.

– Ты действительно ищешь меня? – Ее голос звучал тихо.

– Нет. Я устроил себе долгую прогулку по чужому лабиринту посреди гребаного лета просто потому, что пропотеть насквозь – мое хобби, – пошутил я.

– Никто никогда этого не делал, хотя я прихожу сюда уже на протяжении двух с половиной лет. Иногда остаюсь на целые дни.

Я медленно вдохнул, игнорируя тот факт, что кровь переместилась от члена к голове, и теперь я злился. Где, черт возьми, были ее родители?

– Я уже близко, – сказал я.

– Откуда ты знаешь?

– Я чувствую твой запах.

– И чем же я пахну?

Десертом.

– Зелеными яблоками и первым дождем после засухи.

Джесси засмеялась и шмыгнула носом. Она плакала? Я не стал спрашивать, боясь наделать глупости, если ответ будет положительным. Я и так уже звучал как плохая открытка на День святого Валентина.

Потом она произнесла:

– Кедр и корица.

– Что?

– Ты пахнешь кедром и корицей. – Я уловил усмешку в ее голосе и представил, как она жует кончики своих волос цвета воронова крыла.

– Мне казалось, ты не находилась достаточно близко ко мне, чтобы это почуять.

– Запах очень сильный. – Она снова шмыгнула носом. Определенно плакала.

– Держу пари, еще и вкусный, – сказал я, ненавидя учащенный ритм сердца, последовавший за моим заявлением.

– Так и есть.

Тепло наполнило грудную клетку. Плохой знак. Одно дело – мой член, и совсем другое – все, что севернее его. Мы определенно установим некоторые правила, как только я до нее доберусь. Если это когда-нибудь произойдет. Меня осенило, что голос Джесси звучал грустно, но не напряженно. Скорее всего, она лучше всех ориентировалась в этом лабиринте.

Шаг. Еще шаг.

Я взглядом отыскал ее спину, как источник света в темноте. Ее шелковистые волосы. Ее милую, круглую, маленькую, дерзкую попку. Мне хотелось вонзиться зубами в одну из ягодиц и погрузить палец в ее тугое лоно. Заставить ее стонать мое имя. А потом вылизывать ее киску, пока мое дыхание окончательно не собьется.

– Бу, – сухо сказал я.