Моя новая маска

Даже если бывший мой кавалер прослывет гением — да и наплевать. Неприятно, но не смертельно.

Обе новости для меня оказались весьма фиговыми, но первая — просто пугала. И если я прекрасно понимала, почему мой бывший кавалер не трубит на каждом углу о новом вагоне — это было противно, но понятно, то интерес к моим успехам со стороны кёрсты Эгреж меня очень сильно насторожил. Что ей нужно?!

По законам этого мира совершеннолетие женщины наступало в двадцать лет. Сейчас у меня был документ старшей в роду, именно потому, что кёрста Эгреж не хотела брать на себя опеку и «деликатно» выдавила нас из дома — так она сохранила в глазах общества свой образ порядочной женщины.

Получается, что это я оказалась столь неблагодарна, что отказалась жить с прекрасной опекуншей.

Честно говоря, после того, как были оформлены все документы и я получила право распоряжаться нашими финансами и жизнью детей, об этой заразе я даже не вспоминала — садистские наклонности родственницы внушали мне отвращение.

Однако, сейчас я задумалась над одним неприятным вопросом — а не может ли эта гадина отыграть все назад? Учитывая, что с той поры наше финансовое положение очень сильно изменилось, а если человек моральный урод, то, как правило это касается разных сторон жизни, не захочет ли почтенная кёрста Эгреж вернуть нас под свою опеку? Самое фиговое, что я даже не знала, есть ли у нее такая возможность.

Ответ кёрсту де Лонгу я написала сразу же, и тщательно обошла в письме обе эти темы. Мне не хотелось выглядеть ябедой и рассказывать правду о вагоне Персиваля, а тревожить его своими размышлениями о кёрсте Эгреж просто не было смысла.

Письмо я отдала горничной с просьбой отправить сегодня.

Завтра я решила поехать к кёрсту Форшеру и уточнить все интересующие меня вопросы. Однако, это прекрасное завтра так никогда и не наступило — после обеда пожилой законник приехал к нам домой и, когда мы уселись в гостиной — я, кёрста Тиан и он, сообщил:"

"— Кёрста Элен, у меня есть для вас не слишком хорошая новость. Сегодня утром меня посетила ваша родственница, кёрста Эгреж, которая сообщила, что собирается вас взять под опеку.

Кёрст Форшер замолчал, а я, на секунду, потеряла дар речи — сбывались мои самые кошмарные страхи. Наконец, сглотнув комок в горле, спросила:

— Кёрст Форшер, закон дает ей такое право?

— К сожалению, кёрста Элен, дает. Право старшей в роду вы получили, если вспомните, после взаимного отказа от опеки. И вы, и кёрста Эгреж подписали отказ. Она признала эту опеку слишком обременительной. Сегодня кёрста потребовала отозвать свой отказ. Дело это не быстрое…

Помолчали.