Морские гезы

 — Ходят слухи, что наш король хочет заключить перемирие, разрешить нам свободу вероисповедания.

— Поверь мне, пушки еще не раз пригодятся гугенотам, — сказал я.

— Никто в этом не сомневается, — согласился он. — Но деньги на войну дают купцы. Нет войны — нет денег.

Времена, когда война сама себя кормила, начали уходить. Порох, ядра и пули стоят дороже, чем стрелы и болты. Да и на одну пушку уходит столько металла, сколько раньше тратили на доспехи для сотни рыцарей. При этом железные доспехи теперь носят даже пехотинцы.

Я опять купил у ларошельских купцов вино и соль, которые благополучно доставил в Сэндвич.

Испанская каравелла, которая гонялась за нами в предыдущем рейсе, больше не появлялась. Наверное, перебралась охотиться в другое место.

В Сэндвиче меня уже ждали две сорокавосьмифунтовые пушки, шесть тридцатишестифунтовых и шесть двадцатичетырехфунтовых. Первые весили под четыре тонны каждая. Я боялся, как бы они не оборвались во время погрузки. Такая, упав даже с высоты два-три метра, без труда проломит днище судна. К счастью, погрузка прошла без происшествий.

В Ла-Манше мы поймали попутный, северо-восточный ветер силой балла четыре, который погнал нас со средней скоростью одиннадцать узлов.

При таком ветре, обычно холодном, погода стояла на удивление солнечная, жаркая и сухая. Складывалось впечатление, что я в Средиземном море. По пути встретили караван испанских галеонов, основательно потрепанных. У двух были сломаны грот-мачты, еще у одного — бизань-мачта. Наверное, возвращаются из Индии, которых сейчас две — Восточная, которая и есть Индия, и Западная — Америка. Видимо, по пути попали в знатный шторм. На нас никак не прореагировали. Когда у тебя в трюмах товара на десятки, если не сотни тысяч золотых, на всякую мелочевку типа джекасса размениваться не будешь.

В Ла-Рошель пришли четвертого августа. Только встали на якорь на рейде, как сразу прибыл Пьер де Ре на восьмивесельном яле. На этот раз он был без артиллериста, из-за чего у меня появилось нехорошее предчувствие, что придется искать другого покупателя на пушки.

— Вовремя ты прибыл! — правильно угадав мои мысли, сразу произнес мой потомок. — Король Карл Девятый испугался, что адмирал Колиньи захватит Париж, и в столице идут мирные переговоры.

Пока они будут болтать, я куплю у тебя пушки. Сколько и какие ты привез?

Я ответил.

— Сто девяносто экю мне, — мигом подсчитал он. — Округлим до двухсот, потому что мне надо будет дать кое-кому, чтобы не передумали покупать пушки.

Думаю, что он соврал про взятку, но после продажи этой партии пушек десять экю не играли для меня роли. Теперь мне будет, на что наполнить трюм. Пусть и не очень ценными товарами. Огорчало, что опять придется налаживать новый маршрут. Что-то не везет мне в эту эпоху.