Морские гезы

А их не хватит, даже с учетом тех, что заработаю на перепродаже пушек, пока будет строиться джекасс. Я решил вооружить его бронзовыми тремя двадцатичетырехфунтовыми карронадами и двумя полупушками с удлиненными стволами, одну из которых буду использовать, как погонную, а другая будет служить для поражения догоняющих кораблей. Плюс порох, пыжи, уксус, ядра, картечь, книппеля. На вооружение уйдет немного меньше денег, чем на само судно. Надо ведь иметь хоть какую-то защиту. Топить вражеские корабли на большой дистанции я не собирался, но перебить картечью пиратов, устремившихся на абордаж, карронады смогут.

До осени, пока строили марсельную шхуну, работал на линии Роттердам-Сэндвич. Туда возил сыр, обратно — ткани и пушки, заказанные голландскими купцами. Чаще заказывали шести-восьмифунтовки. Они меньше, легче и в то же время достаточно мощны, чтобы на малой дистанции нанести урон противнику. На купеческих судах пушки устанавливают только на главной палубе. Трюм весь используется для груза. На них я зарабатывал меньше, чем на полупушках, но выбора не было. В середине августа джекасс был спущен на воду и в начале сентября подготовлен к выходу в море. Я получил на него государственное свидетельство, как гражданин графства Голландия, которое обошлось мне в двадцать флоринов. Судовладельцем значился Александр ван Баерле. Решил на всякий случай взять фамилию жены. Главный интендант Диего де Сарате знал меня, как мальтийца Александра Чернини. Вдруг инквизиция докопается, что капитан иола — и есть тот самый гёз, который убил трех солдат и освободил пленника?!

Иол я собирался поставить на прикол. Не надеялся, что кого-то заинтересует такое необычное судно. Покупателем оказался купец Рольф Шнайдер. Он немного огорчился, когда узнал, что я больше не буду покупать сыр.

— Жаль! Ты был хорошим деловым партнером, — сказал купец. — Что теперь будешь возить?

— Пока не заработаю деньги, все, что предложат, — ответил я.

— Сколько ты за раз сможешь взять? — поинтересовался он.

— Где-то ластов семьдесят, — ответил я.

Ласт — это немецкая мера корабельного груза, около двух тонн.

— Моему земляку надо доставить товар в Гамбург, ластов пятьдесят-шестьдесят, а обратно повезет полный трюм зерна. Если хочешь, порекомендую тебя, — предложил Рольф Шнайдер.

— Сведи нас, — согласился я. — Может, договоримся.

— Приходи завтра утром, — сказал он. — А со старым судном что собираешься делать?

— Продам, — ответил я, догадавшись, что не зря он спросил. — Торговля сыром, — ухмыльнулся я, — оказалась выгодным делом.

Рольф Шнайдер знал, что основные деньги я делал не на сыре, а на пушках.

— Вот и я подумал, не заняться ли и мне сыром?! — ухмыльнувшись в ответ, признался купец.