Монстр

Во всяком случае, так я себя оправдывала, но оттого стало ничуть не легче.

Наверное, быть им – ужасно утомительно. Постоянно выискивать в других слабости, давить на больные места и при этом никогда не выдавать себя.

Похоже, слово «слуга» вывело его из себя. Сэм набросился на меня так стремительно, что его движения промелькнули, словно в расплывчатой дымке, а потом повалил на пол, прижав спиной к паркетному полу. Он уперся руками по обе стороны от моей головы. Прижался ко мне всем телом. Я попыталась ударить его в пах, но он легко уклонился.

– Ну уж нет, мать твою, Никс. Нельзя назвать меня слугой и остаться живой и невредимой.

Почувствовав, как глаза вспыхнули от злости, я с удивлением обнаружила, что не боюсь его. Я знала, что он не причинит мне вреда. Во всяком случае, физического. В конце концов, он сам сказал: на кону его королевство. Его судьба оказалась тесно переплетена с судьбой моей семьи. Так было всегда."

"У меня в голове не укладывалось, что я когда-то думала, будто он даст отпор моему отцу и братьям. Будет добиваться возможности быть со мной. Пускай он ненавидел мою семью, но все равно нуждался в ней. Ради денег и власти. Мы открыли перед ним дверь в высшие слои бостонского общества, и он не допустит, чтобы она захлопнулась у него перед лицом. Только не из-за меня.

Если мужчины моей семьи, которые платили ему за то, чтобы держался от меня подальше, узнают, чем мы тайком занимались, их деловым отношениям наступит конец.

А еще я не стала бы исключать, что Сэм и Киллиан попытаются друг друга убить.

– Дурак, хуже ты мне уже все равно не сделаешь! – Я извивалась под ним, пытаясь оттолкнуть его прочь. – К несчастью, я никогда не смогу причинить тебе такую же боль, какую ты причинил мне, но хотя бы смогу тебя разлюбить.

– Не будь так уверена, – мрачно произнес он, потянулся к ботинку и достал оттуда небольшой нож. Взял мою ладонь и обернул пальцы вокруг рукояти. Затем направил мою руку прямо к своему горлу. – Хочешь причинить мне боль? Давай. Ты должна знать, где проходит сонная артерия, док.

Я провела лезвием вдоль его шеи к пульсирующей артерии, которая манила меня, выделяясь бледно-синим цветом на фоне его бесконечно гладкой загорелой кожи. У меня дрожали руки и стучали зубы.

Сэм впился в меня взглядом.

– А теперь будь хорошим монстром и убей меня, Никс.

Я пыталась вонзить лезвие ему в кожу, проткнуть ее, порезать его хотя бы поверхностно, но не смогла. Я не могла причинить ему боль. Прикусила нижнюю губу, тяжело дыша, отчаянно пытаясь пронзить его кожу, пустить ему кровь.

Меня сотрясла дрожь.

Нож с глухим стуком упал на пол возле нас.

– Я не могу! – взревела я. – Я не могу причинить тебе боль, как бы сильно тебя ни ненавидела. А я правда тебя ненавижу. Потому что люблю.