Небо для Беса

Сглатываю.

А можно просто поцеловать?

Я не силён в беседах…

— У вас был сегодня эмоционально тяжёлый день?

Действительно. Был.

— Вам не помешает прокричаться. И… Избить грушу, например.

— Как Вы это делаете? — с любопытством дёргаю бровью.

Напрягая пресс, поднимается.

Обводит пальчиком черты моего лица.

— Гипертонус мышц по левой стороне — задаёт ассиметрию. Её можно заметить в изменении разреза глаза и смещения уголка губ — «застывший оскал». Правая сторона отражает чаще эмоциональное напряжение, левая — интеллектуальное. Специфическая микромимика вокруг глаз, застывший зрачок говорит о высоком уровне адреналина или тироксина. Это подавленный конфликт. Свежий. Завтра уровень гормонов уже упадет за счёт антагонистов, и Вы почувствуете утомление и депрессивное состояние.

— Супер… — восхищённо киваю я. — Диагностика в точку. Что пропишите, доктор?

Еë взгляд становится чуть глубже и холоднее.

— Я пропишу Вам сегодня секс.

Моë лицо вздрагивает от неожиданности. Тушуюсь, сжимая её ступню…

— Агрессивный и необузданный.

Опускаю взгляд.

Нет, она не о себе.

— «Шаг назад», — поднимаю взгляд обратно ей в глаза.

Не надо со мной говорить о сексе с другими женщинами. Это демонстрация личной незаинтересованности. И ты точно это понимаешь, Аиша.

— Это табуированная тема? — вглядывается мне в глаза.

Отыскиваю правильную формулировку в себе.

— Если мой доктор… — пьянею я от своих слов. — Готов обнимать меня во время разговора, то ни одной табуированной темы между нами не будет. Готов?

Отводит взгляд.

— Я могу посоветовать тебе, Бессо, своего коллегу.

— Это ты сейчас сказала, что сеансов для меня больше не будет? — рвётся всë у меня внутри.

Черт, я так старался не передавить! Прямо ощущал эту грань. И всë равно не сдержался.

— Они больше не дадут эффекта. Мы безвозвратно свалились в личное, — грустно констатирует Аиша.

— Разве у меня был шанс не свалиться? — невесело усмехаюсь я.

— У меня был. Не свалить нас. Я прошу прощения, Бессо. Деньги за сеанс я верну.

— Хм… — отворачиваю лицо, хмуро кусая губы.

Нас прерывает подъехавший сантехник. Вода уже стекла, я приношу ей туфельки. Жду вместе с ней, пока он закончит.

— Поезжай, поздно… — шепчет она.

— А я ещё не всë сказал.

Он уходит. Я жду еë на лестнице, волнуясь как пацан.

Что я должен сказать? Ну что?! И так всë ясно.

Она выходит, захлопывая дверь. Застывает, встретившись со мной взглядом.

Спускаюсь на пару ступенек, ставя ладонь позади её на стену. Подхватывая за шею, прижимаюсь к её лбу своим. На моих губах её горячий испуганный выдох. Ладонь упирается мне в грудь, в сердце. Я взрываюсь от этого сближения.

— Я хотел сказать… — хриплю я.

— Окей, скажи… — шепчет она растерянно.

— Я «говорю». Считывай.