Наотмашь

Тяжелый квадратный подбородок, зачастую недобрый взгляд с предупреждающим прищуром, от которого невольно поджимались пальчики на ногах. Майя запросто могла представить Вадима Багова на обложке модного журнала, рекламирующего дерзкий и терпкий аромат известного бренда. Или даже ружье от итальянского производителя. Папа как-то говорил, что у коллекционного ценник начинается от нескольких миллионов рублей.

Багов идеально сочетался с оружием, с дорогими машинами. С властью и достижением.

От него исходила аура, которую невозможно игнорировать. Майя не сомневалась, он пользовался большой популярностью у женщин.

Отсюда закономерно возникал вопрос: почему не женился ранее? Неужели в его жизни не встретилась женщина, от которой он потерял бы голову и захотел бы назвать ее своей?

Вадим приблизился, и Майя одернула себя.

Она снова не о том думает. И это неправильно.

– Ты сама как? Отдохнула немного?

– Да, – ответила она, удерживая себя от того, чтобы сделать шаг назад, увеличив расстояние между ними.

Вадим кивнул и рукой указал на дверь.

Глава 8

О том, что ей надо в больницу, Майя сообщила за завтраком.

– Что-то случилось? – Вадим отложил в сторону планшет.

– Нет. Мне надо встать на учет. Отец не разрешал, пока… – она шумно выдохнула. – Пока не решился вопрос с нашим браком.

– Хорошо. Так… У тебя есть врач?

Майя покачала головой.

– Сейчас нет, она переехала в другой город.

Некоторое время Вадим молчал, обдумывая услышанное. Майя притаилась. Для себя она уже решила, что пойдет к врачу в ближайшие дни. Больше тянуть нельзя. Она должна позаботиться о здоровье малыша.

– Выбери клинику, врача. Запишись. Я тебя отвезу.

Её полностью утроил ответ Вадима.

Ровно до последнего предложения.

– Я могу сама."

"– На чем? На общественном транспорте?

– На такси.

Вадим мотнул головой.

– Нет.

Его ответ прозвучал категорично, и, давая понять, что более не намерен обсуждать эту тему, снова взялся за планшет.

Майе захотелось запустить в мужчину чем-то тяжелым. Например, сахарницей. Попадать в него она не собиралась, но перспектива ей зашла. Она даже представила, как Вадим уворачивается.

Так же потом она явственно представила и его лицо, пылающее яростью.

Поэтому пришлось потушить порыв.

Но она отлично понимала тех девушек, что периодически били посуду, вымещая на ней те эмоции, которые сказать вслух было нельзя.

– Я хотела бы попасть к врачу завтра, – Майя отрезала кусок яичницы с ветчиной и отправила её в рот, тщательно пережевывая и прислушиваясь к себе. Тошноты не наблюдалось.

– Всё в твоих руках, Майя. Что от меня требуется, я сделаю.

У Вадима были влажные волосы. Он пришёл на кухню уже после того, как Майя приготовила завтрак. Он ничего подобного не ожидал, потому что удивился.