Нас будет трое

Было глупо дальше отпираться, когда кто-то просто желал тебе добра…

А я видела его в жизни так мало.

– У меня там спальня свободная есть, занимай.

Даша кивнула в нужном направлении и я, аккуратно разувшись, робко ступила вперед. Подруга же, прямо в обуви, процокала к широкому дивану, стоявшему в гостиной, и упала на него с изяществом, достойным аристократки.

– Закинь сумку, потом разберешь вещи, – донесся до меня ее голос, и я просто послушалась.

Зайдя в комнату, поставила сумку на пол, бегло огляделась… Было совершенно ясно: родители Даши очень любили свою дочь. Они снимали для нее не просто отдельную просторную квартиру, но еще и ту, что была современно и со вкусом обставлена: как будущий дизайнер я не могла этого не отметить.

В груди шевельнулось застарелое чувство горечи и обиды. Почему так выходит? Одни родители обожают своих детей и все для них делают, другие же…

Другим попросту плевать – на их чувства, на их мнение, на само их, должно быть, существование. И мне выпала именно такая участь.

Не желая снова думать обо всем этом, я вернулась в гостиную и что-то на изящном туалетном столике приковало к себе мое внимание, притянуло, будто магнитом…

Я подошла ближе. Завороженно уставилась на красивый перламутровый флакон, показавшийся мне похожим на замерзшее во льду яблоко… «Pure Poison», – гласила гравировка на переливчатом стекле.

– Нравится?

Я вздрогнула, совершенно не заметив, как Даша оказалась рядом.

– Красивый, – ограничилась одним коротким словом, смущенная тем, что меня поймали с поличным.

– Попробуй.

Я не успела никак среагировать – Даша уже распылила надо мной ароматное облачко…

С благоговением и восторгом я втянула в себя этот запах. Он соответствовал флакону: холодный, роскошный, словно бы хрустальный…

– Ну как? – поинтересовалась Даша, с улыбкой за мной наблюдая.

– Волшебно, – выдохнула я, не задумываясь.

– Дарю!

Она придвинула ко мне флакон и у меня даже дыхание оборвалось от одной лишь мысли к нему прикоснуться. Жизнь сложилась так, что я никогда и думать не смела о том, чтобы даже взглянуть в сторону духов Диор, и теперь никак не могла преодолеть этого чувства собственного несоответствия им. Словно я их была совершенно недостойна.

– Я не могу, – решительно помотала головой. – Это слишком… они такие дорогие…

– Да ну глупости, – поморщилась Даша. – Бери! Родители подарили еще в прошлом году, а мне они вообще не нравятся. Все равно пользоваться не буду.

Взяв флакон со столика, она бескомпромиссно вложила мне его в ладонь и по телу прокатилась дрожь от соприкосновения с прохладным стеклом и… роскошью, которая была мне недоступна.

– Ну, чем займемся? – спросила подруга, возвращаясь к дивану и словно уже забыв о том, что только что было.