Нас будет трое

– Он привел в дом чужого ребенка!

– А что ему нужно было делать, раз мальчика бросила его родная мать?

– Ты этого не знаешь!

– А ты?

Подруга шумно выдохнула, поджала губы, и, сложив на груди руки, отвернулась в сторону.

– Я просто тебя не понимаю, Златка. Не ты ли плакалась у меня на плече совсем недавно? И для чего, чтобы в итоге покорно принять… – она брезгливо махнула рукой в сторону кухни, – вот это все?

Я смотрела на ее гордый, аристократичный профиль. Смотрела и гадала: что было причиной подобного поведения? То, что она действительно за меня переживала… или то, что ее не устраивал такой ход событий?..

Но неужели она – такая женщина, которая могла не дрогнуть при взгляде на своего же собственного сына?..

Или это я рыла совсем не в ту сторону?..

– Давай не будем ссориться, – предложила ей мягко. – Просто посидим все вместе, как в старые добрые времена.

Она передернула плечами, что в данном случае можно было, наверно, принять за согласие.

– Отлично, тогда помоги мне накрыть на стол, – улыбнулась я.

Ужинали мы все на той же кухне, часть которой была отведена под столовую. В светлое время суток здесь можно было сидеть, любуясь видом на небольшой сад, а когда на улице становилось тепло – выйти наружу через стеклянные двери, чтобы наслаждаться едой за столиком, уютно расположившемся под сенью деревьев во дворе.

Но сейчас была зима. За окном, за столом, внутри меня. На улице давно сгустилась темь – такая же непроглядная, что властвовала сейчас и в моей душе.

Я сидела во главе квадратного стола, а муж – прямо напротив. По левую руку от меня располагалась Даша, по правую – Миша, находясь лицом друг к другу.

Я завела разговор на нейтральную тему. Держа лицо бесстрастно-приветливым, разложила по тарелкам мясо. От еды поднимался аппетитный, соблазнительный запах, но это, казалось, не волновало абсолютно никого из нас.

Только Миша молча, как и всегда, ел. Нарочито осторожно и аккуратно, изредка бросая на меня взгляды в поисках одобрения."

"– Совсем забыла! – я легонько хлопнула себя по лбу и улыбнулась. – Я ведь вас не познакомила. Даш, это Миша. Миша, это моя подруга, тетя Даша.

Я усмехнулась, когда последнюю от моих слов заметно передернуло. Тетей ее еще никто не смел называть. Или тому причиной было что-то иное?

Ребенок же кинул в ее сторону вежливый взгляд, кивнул, и тут же потерял к гостье всякий интерес.

– Ну, рассказывай, – весело предложила я подруге. – Как работа, как твой горячий…

– Злата!

– …горячий отпуск на Мальдивах, – закончила я. – Мы так это толком и не обсудили. Я видела только фото.

Возникла пауза. Я старалась говорить легко и непринужденно, но все остальные явно не чувствовали былого комфорта.