Нас будет трое

По душе растеклось колючее, ядовитое чувство… Но обсуждать подобные вещи ему стоило явно не с подругой жены, а с самой своей законной женой.

Он резко поднялся на ноги, давая понять, что разговор окончен. Для ясности отчеканил:

– Спасибо, что предупредила, но мы уж сами как-нибудь разберемся.

Порывистое, горячее прикосновение к его ладони застало его врасплох.

– Знаешь… а вот я бы могла родить тебе ребенка…

Она произнесла это легким, шутливым тоном: то ли потому, что тем самым давала себе возможность для отступления, то ли потому, что это действительно была всего лишь шутка.

Но ответил он серьезно, прямо посмотрев ей в глаза:

– Ты могла бы родить мне хоть десяток детей, но для меня важна только Злата. И я ни на кого ее не променяю. Никогда.

Даша застыла на мгновение и в глазах ее мелькнуло что-то пугающее. Но вот она снова рассмеялась, давая понять, что все это было несерьезно и возвращая тем самым в их общение прежнюю непринужденность.

– Ну естественно, – пропела она. – Ладно, Валер, мне пора. Пока-пока!

Она стремительно покинула его кабинет, а он вновь сел за стол и сосредоточился на работе, попросту выкинув из головы этот разговор…

Глава 32

Он рвано выдохнул сквозь зубы. Поднял ненавидящий взгляд на женщину рядом с собой.

Она победно усмехалась. Словно достигла какой-то цели. Словно наконец одержала над ним верх…

А его разрывало от боли. От непонимания, как допустил все это. От осознания собственной глупости и беззаботности.

Ну как же он не сложил тогда дважды два? Как не понял, что все то, что он воспринял как глупую шутку, было на самом деле прощупыванием почвы?..

Она была беременна и уже тогда знала об этом. Она намекнула ему, а он не догадался. Просто было так удобно верить тогда в то, что между ними в ту ночь действительно ничего не было, что он не допускал и мысли об обратном…"

"И вот теперь расплачиваться за это. И если бы только он! Его сын заплатил за чужие ошибки, за непредназначенную ему ненависть самым дорогим временем жизни: своим детством. Он был изувечен: не столько физически, сколько морально – так же, как и сам Валера в свое время…

Даша отомстила изощренно. Хладнокровно заставила пройти его сына через тот ад, которого Валера никому бы не пожелал. Тем более – своему ребенку…

– Зачем? – процедил, крепко сжимая челюсть. – Миша не был перед тобой виноват. И я тоже.

Она пожала плечами, уже не пытаясь натянуть маску обаяния и святости.

– Никто не смел меня отвергать. Никогда. А ты… рискнул. Ты должен был за это заплатить. Я мечтала о том, как увижу твои мучения, когда ты все поймешь…

– Как ты нашла ее?

Она рассмеялась с чувством явного превосходства. И в этом смехе не было ничего нормального. Ничего здорового.

– Твою мать? Легко.