Наследник для миллиардера

Весь ее боевой настрой куда-то растворяется! И опять эти чертовы глазищи на мокром месте.

Нет. Нет-нет-нет!

Вот этого я совсем не могу терпеть! Только не это! Пусть лучше царапается, врет и голову морочит! Да пусть лучше дразнится и попкой вертит у меня перед носом, доводя до голодного бешенства! Но! Не. Вот это вот!

– Чтоооооооо?!

Не контролирую себя. Рычу. Реву.

Подрываюсь так, что Татьяна чуть не сваливается с меня на пол.

Благо, вовремя подхватываю. Прижимаю к себе не давая упасть.

– Да. Я ведь не знала. Меня послали отнести тебе кофе. Сама уже валилась с ног. Моя смена давно ведь закончилась. Я никогда не обслуживала столики так поздно. Рая ведь. Мне домой надо пораньше. Но меня упросили. Подменить не вышедшую официантку.

Хлюпает носом. Который тут же разбухает. Становится большим и красным.

– И?????

Таки реву. Ни черта не могу с собой поделать!

– С ног падала. Мне сказали только кофе в номер тебе занести. Самой налили тоже целую чашку. А дальше…

Бессильно сжимает кулачки.

Какая же она сейчас кроха! Кажется, ничуть не старше своей маленькой сестренки.

Такая же маленькая и беззащитная!

– Что дальше?

Спрашиваю охрипшим голосом.

Сжимаю кожу малышки пальцами. Наверное, слишком крепко.

Напрягаюсь всем телом.

Твою ж...! Хочется крушить! Все здесь! Все вокруг!

– Я почти ничего не помню.

Съеживается окончательно. Превращается в маленького котенка. Или даже в ежика. Вдавливает голову в плечи.

– Тссс....

Пытаюсь вытащить ее из этого кокона. Глажу по волосам, но понимаю, что сейчас я так себе могу ее выковырять. Расслабить.

– Что ты помнишь?

Сам не узнаю своего осипшего голоса. Наклоняюсь над малышкой так близко, что наши ресницы почти соприкасаются. Пытаюсь не в глаза. В самую душу заглянуть.

– Я принесла кофе.

Дрожит. Натурально дрожит, и я слышу, как оглушительно громко бьется ее сердечко.

– Ты прошептал мне что-то на ухо. В самую шею. И … Голова закружилась. А потом… Потом ты подхватил меня на руки, и…

– И…?

– И все. Провал. Проснулась в номере. С мокрой от крови простыней. Даже не сразу рассмотрела. Голова раскалывалась. Еле доползла до кухни. А мне деньги за смену швырнули в лицо. И выгнали с работы.

– Выгнали?

– Я вообще ничего не соображала. Еле волочила ноги! Я… Я только потом поняла! Я мне подмешали какую-то гадость! Я и потом. Потом, когда тебя увидела. Ничего не помнила. Ну, то есть… Я тебя узнала. Сложила, что к чему!

– То есть… Ты не помнишь ничего, что между нами было?

– Потом уже. Вспышками, – мучительно трет лоб. – Когда ты… Из больницы меня забрал. Не дал мне этого сделать.

– А Степанов?

Почти рявкаю.

Черт!

Не зря у меня все не складывалось! Не та картинка выходила, ну совсем! Но надо прояснить до конца! Выяснить все несостыковки!

– На работу к нему устроилась! Две недели проработала нормально.