Наследник для миллиардера

Идет?

– Конечно, Евгений Геннадьевич, – повторяю интонации Валентины, а сама впиваюсь ногтями в ладонь, чтобы не разреветься!

– Все, как вы скажете!

Отворачиваюсь и прикусываю губу. Делаю вид, что мне нереально интересно вон то дерево. И остальные деревья тоже.

– Тань!

Горячие руки обхватывают мою талию.

Женя с силой притягивает меня к себе.

Жарко дышит в шею, слегка прикусывая на ней кожу.

– Это временная и вынужденная мера. Не обижайся. Правда. Нужно потерпеть.

– Конечно, – хриплю, собирая в кулак всю волю.

– Конечно, Жень. Я все понимаю!

Да!

И понимала бы!

Если бы не такие откровенные взгляды этой фурии в красном!

– Тань? Чего приуныла, сладкая?

Женя скользит по моему лицу тревожным взглядом.

– Может, надо было обследование и тебе пройти? Полное. А то столько стресса в последнее время… Или…

Хмурится. Его взгляд уже наполняется беспокойством.

– Я все-таки переусердствовал? Тебе плохо? Тань?

Мне невыносимо думать, что здесь я оказалась на вражеской территории. Что придется прятаться по углам и скрывать наши отношения. А если приедет кто-то из друзей или знакомых Жени? Придется врать. Притворяться.

А еще…"

"Еще просто отвратительно думать, чем и с кем он занимался в этом доме! С этой Валентиной? А еще? Насколько большой у него штат прислуги? Особенно женской?

– Сладкая.

Женя заключает меня в объятия. Как в капкан своих крепких, таких горячих и умеющих быть такими нежными, рук.

– Я не сплю с персоналом. Я же прав? Это тебя зацепило?

Только отворачиваюсь.

Неужели так просто? Он читает меня. Как открытую книгу?

Не хочу, чтобы он думал, будто бы я ревнивая истеричка!

Но…

Нет! Держать все в себе тоже совсем не вариант!

– Да, Жень!

Решительно выпаливаю, уворачиваясь от поцелуя.

– Я об этом думаю! Эта Валентина… Она так на тебя смотрела!

– Как? Ну, как, малыш?

Черт! Он что? Правда не понимает?

Хотя, о чем я! На него же все так смотрят!

Каждая самка в радиусе километра просто исходит от него слюной! Такими глазами глядит на него, что, кажется, сейчас этой слюной и захлебнется!

Видно, Солодов уже настолько к этому привык, что даже не обращает внимания! И принимает, как должное!

Ну естественно! Ведь он неотразим!

Потому его так и корежило, когда я ему отказывала! Привык, что на него девушки сами запрыгивают!

– Она так на тебя смотрела, как будто…

Как будто имеет на тебя права, вот!

– Как будто что? Таняяяяя! В моем доме работают женщины. И со мной. Тоже. Работают. И журналистки, и секретарши, и… Да, черт! Даже целый огромный отдел кадров! И бухгалтерский отдел тоже! И рекламщицы! Я что? Должен всех женщин теперь уволить?

– Нет, конечно.

Снова отворачиваюсь. Вырываюсь из стальных объятий.

– Не нужно. Вдруг кто-нибудь увидит и поймет, что я не просто гостья, м? Лучше давай мне покажут мою комнату. Я в ней и поужинаю.