Наследник для миллиардера

У каждой слезная история о том, что случайно так вышло! Случайно, деточка, люди без одежды в одной постели не оказываются! Ответственность, обязательства! Вот что должно быть! А у вас что? Ни учебы. Ни работы. Ни планов на жизнь! Один вечный праздник, бездумные развлечения и хотелки! А потом конечно. Все понимаю. Выхода нет и приходится на стол ложиться. Вычищать.

– Зачем вы так?

И без того на душе паршивей некуда.

– Ну, а как?

Вздыхает, отворачиваясь к умывальнику.

Моет руки, а я успеваю смахнуть слезу с угла глаз.

– Ты пойми, девочка. Я ведь не со зла. Но тебе еще и двадцати нет! Кто тебя ответственности научит? Ты что же? Хочешь жизнь под забором закончить? Наукой пусть тебе будет. Дай Бог, чтоб на первый раз пронесло. А наперед думай. Вот Направление бери. Еще пару анализов сдашь, и ко мне.

Беру бумагу, которая обжигает пальцы.

Надо просто отключиться. Не думать об этом. Отстраниться. Как будто не со мной все!

Быстро сдаю экспресс-анализы.

Возвращаюсь в тот самый кабинет, а сердце сжимается.

– Внизу еще подпиши, – доктор заполняет бумаги, не поднимая на меня глаз.

– Давай. Через минут пятнадцать начнем процедуру.

Но…

Стоит мне только открыть дверь, как я ударяюсь в мощную грудь.

В рот сам забивается уже привычный цитрусовый аромат.

Солодов? Он-то что здесь делает?

– Ну, здравствуй, сладкая.

Его голос, как металл. Как острый нож. В нем больше нет ни капли игривости, как раньше.

Поднимаю голову и задыхаюсь.

Он явно в ярости, хотя внешне совершенно спокоен.

Но глаза мечут молнии. Самые настоящие!

Челюсти крепко сжаты, на лице играют желваки…

– На аборт собралась?

Рявкает.

Тихо. Не повышая голоса . Но в его тоне столько еле сдерживаемой ярости, что я вся сжимаюсь в ледяной комок.

Мощные руки крепко хватают меня за плечи.

Захлопывает за моей спиной дверь.

Резким рывком оттаскивает. Прижимает к облупленной больничной стене.

Ноздри раздуваются. Его грудь ходит ходуном.

– Дайте пройти!

Сейчас он совсем не тот, каким со мной был прежде. Чужой. Холодный. Страшный! И… Сама не понимаю, как перехожу на вы.

Лепечу, медленно поднимаю глаза.

И чувствую, как подгибаются коленки, когда встречаюсь с властным потемневшим взглядом ядовито-зеленых глаз."

"– В тебе то, что принадлежит мне! Мой ребенок! И уйти ты можешь только со мной!

– Но…

Голова кружится. Черт! Как он узнал? Как здесь оказался?

– Смирись, Татьяна. Ты родишь этого ребенка. А после можешь быть свободна!

– Что?!!!

– Никуда я с вами не пойду!

Решительно сжимаю кулаки.

А саму обжигает.

Наши тела соприкасаются.

Он дышит яростно. Так, что чуть не сдавливает мне ребра тем, как ходит ходуном его стальная грудь. Мышцы бугрятся!

Его взгляд… Жесткое лицо с крепко сжатыми челюстями…

От этого всего полыхает силой. Властью.