Наследники Скорби (СИ)

Но отчего-то и уютнее с ней, и, нет-нет, будто домом повеет.

— Рыжка! — позвал мужчина и подергал перед носом у пушистой чистюли пеньковой веревочкой, дразня.

Кошка смерила человека взглядом, полным презрения, и отвернулась, давая понять, что она думает о нем и его неуклюжих попытках ее расшевелить. Крефф хмыкнул и погладил любимицу. Она благосклонно плюхнулась на спину, вытянулась на подоконнике и подставила рыжее пузо под руку.

— Опять свою блохастую тискаешь? — в пропахнувшую травами комнатушку заглянул Руста.

Рыжка посмотрела на него, как на больного пса: брезгливо и с презрением, а потом отвернулась. Ихтор в который уже раз задумался — отчего кошка так не любит рыжего целителя? Хотя… кого она тут любила. Увидать бы диво этакое.

— Там обозники из Любшичей пришли. А с ними знахарка. Травы привезла на продажу. Сходи, может, глянь, есть там что годное или нет."

"Обережник посмотрел на Русту единственным глазом и спросил сухо:

— А тебе или зенки замазали?

— Да там… в обозе вдовушка занемогла, — рыжий растянул губы в глумливой улыбке, — сговорились посмотреть ее недуг.

Ихтор пожал плечами:

— Ну, так смотри. Вон, в Северную башню тащи ее. Там сундук внизу, на нем только ленивый недуги не смотрел. А допрежь…

Он хотел продолжить, сказать, что допрежь пойдет Руста и перетрясет все те охапки разнотравья, что им привезли, но осекся… Потому что мельком увидел в окно, как отразился солнечный луч от знакомой огненной макушки, как сверкнула в толпе рыжая коса…

— Вернусь через треть оборота, чтоб духу вашего тут не было, — бросил Ихтор через плечо и поспешил прочь из коморки, оставляя собеседника недоумевать.

Когда целитель вышел на крыльцо Башни и принялся вертеть головой в надежде отыскать взглядом ту, ради которой плюнул на Русту с его бесстыжестью, из толпы вынырнул злой, будто сыч, Койра. Старик шагал, прижав к груди кошель с деньгами, тревожно озирался и вообще был похож на боязливую бабу, которая опасается татей-лихоимцев.

— Очумели! Как есть очумели, клятые! — пожаловался ларник, едва не плача. — Серебрушку за мешок проса!

— Жить-то на что-то надо, — Ихтор не отрывал внимательного взгляда от мелькающих голов. — А с Цитадели не убудет.

— Не убудет?! — старый крефф заковылял вверх по каменным ступенькам. — Чай вас наперечет теперь! Откуда денег взять? По миру скоро все пойдем, как бродяги перехожие!

— Ну, а коли нас наперечет, так, значит, едоков меньше… — заметил лекарь, не проявляя никакого сострадания к горю скупердяя.

— Я за такие деньги покупать ничего не буду! — обиделся на мужиков Койра и насупился, сведя косматые брови на переносице. — В прошлом годе за четвертушку брал. Совсем стыд потеряли.

— Да ладно тебе, — Ихтор потер обезображенную щеку.