Не отрекаются, любя...

И Марк больше не знал, чего от неё ждать.

— Я не оправдываюсь, Вера. И этим не горжусь. Но… — она развёл руки в стороны, — что сделано, то сделано.

И снова никакой реакции. Марк совершенно не понимал, что она сейчас чувствует и что происходит у неё в голове, но даже не брался гадать.

— Ты, кажется, торопилась, — напомнил он, когда молчание затянулось.

— Да, пора, — посмотрела Вера на часы как ни в чём ни бывало. Её равнодушие резануло куда больнее, чем если бы она кричала, или плакала, или попятилась от него в ужасе и выгнала. А ведь он душу перед ней вывернул… — Я даже уже опоздала.

— Ну, ничего, твой муж, думаю, подождёт, — горько усмехнулся Марк. — И Вестлинг тоже.

Она удивилась.

— Вестлинг? Сукин сын, ты прослушиваешь мои звонки?"

"— Конечно, нет, — покачал головой Марк. — Я же не спецагент, и не супергерой. Просто предположил. И ты подтвердила мою догадку. Вер, я пытаюсь тебя защитить.

— От кого? — выдохнула она с издёвкой.

— От тебя самой. Не делай глупостей, — покачал он головой.

— Это каких же?

— Не надо бросаться под первого встречного, как под поезд. Сколько бы баб у меня не было, мы не сравняем счёт. Если тебе невыносимо знать, что ты была у меня не одна, я пойму. И приму. Просто позволь мне общаться с ребёнком, быть рядом.

— Господи, Марк! Ты правда считаешь, что мир вращается вокруг тебя? Правда думаешь, что раз ты не просто ушёл, а ради какой-то великой миссии для меня это что-то изменило? Мне очень жаль, Марк. Твою сестру. Твоих родителей, которым пришлось такое пережить. И тебя, что взвалил это на себя. Но сейчас это правда прозвучало как оправдание. Даже хуже. Ты опять не оставил мне выбора. Что же я буду за дрянь, если не прощу и не приму назад героя, который не просто не мог определиться нужна я ему или нет, а взвалил на себя благородную миссию мести и выполнил её.

— Я совсем не это хотел сказать, — выдохнул Марк.

— А прозвучало именно так. Не знаю, кому ты больше врёшь: мне или себе, думая, что всё ещё меня любишь или что мог быть со мной счастлив. Я — да, а ты — нет. И я, к своему несчастью, не такая дура, как хотелось бы. Я прекрасно понимала, Марк, как ты тяготишься той простой жизнью, что нас окружала. Тебе всегда были нужны подвиги. Что-то большее, чем другим. Что-то отчаянное, смелое, дерзкое — пока ты был юн, и значительное, великое, важное — когда вырос. Миссия, идея, цель. Убили твою сестру или нет, ты бы всё равно его нашёл — свой крест и свою Голгофу. Ты искал опасностей, риска, искал то, что бросит тебе вызов. И ты нашёл, что искал. Я в твои грандиозные планы никогда не входила.

— Ты входила, — упрямо покачал он головой.

— Нет, Марк, — горько усмехнулась она.

— Да, Вера. Просто на то, чтобы это понять, мне понадобилась вся жизнь.

— Вся жизнь, чтобы прийти и сказать мне: не делай глупостей.