Отец подруги

С каждым шагом, когда мы приближаемся к спальне, где сейчас уединимся, я думаю о том, что лучше всего и впрямь будет позвонить Виталию и попросить его забрать меня домой…

Сергей толкает дверь и пропускает меня внутрь. Но стоит мне опять увидеть кровать, которая слишком тесная для нас двоих, хоть и двуспальная, я замираю на месте и снова вспоминаю о словах Бориса Александровича.

— Ну, ты чего? Испугалась меня, что ли? — Сергей приобнимает меня за плечи и обжигает мой висок горячим дыханием. — Без твоего согласия ничего не будет, — заверяет он, но я все равно не представляю себя и его на одной кровати.

Это так интимно…

Высвобождаюсь из его объятий и иду к сумке. Достаю пижаму и направляюсь в душ, чтобы умыться и переодеться. Обычно эти процедуры не занимают у меня много времени, но сейчас я тяну его и не тороплюсь покидать стены ванной.

— Сона, — Сергей стучит в дверь. — У тебя все в порядке? — интересуется он.

— Да, — тихо отзываюсь я и беру в руки телефон.

Несколько минут смотрю на темный экран, а после набираю Виталия и прошу его, чтобы он меня отвез домой. Не хочу изводить себя всю ночь тревожными мыслями, прислушиваясь к каждому шороху и точно знаю, что не сомкну сегодня глаз.

Потому что пока не готова к новому шагу в наших отношениях с Сергеем.

— Сона, — по новой доносится стук в дверь и голос Сергея, отчего я вздрагиваю и прячу телефон в карман джинсов.

— Я сейчас, — включаю воду и ещё несколько секунд стою напротив зеркала и смотрю на себя в отражении, а потом выхожу из ванной в том же, в чем приехала.

Не смогла заставить себя переодеться. Виталий будет в дороге без малого еще два часа, которые мне предстоит провести с Сергеем наедине.

В одной комнате. Когда мы встречались с ним в кафе, кинотеатре или сидели в его машине в людном месте, мне было не так волнительно, как сейчас. Я пытаюсь расслабиться, но у меня плохо получается скрыть свое напряжение.

“Это все Ленка меня накрутила”, — успокаиваю я себя. Ей не стоило присылать мне скриншоты из интернета, у кого каким был первый раз и что часто он случался по глупости, и девушки потом о нем сожалели. А я не хочу оставить такие воспоминания об этом значимом для меня моменте.

— Ты бледная, — Сергей подходит ко мне вплотную и касается рукой лица. — Тебе нехорошо? — Смотрит на меня с искренним беспокойством и проводит ладонью по моим скулам и лбу. — Вроде не горячая, — его голос становится ниже и приобретает хриплые нотки.

Боже, боже… Он же не подумал, что я так волнуюсь, потому что... хочу его? В сознании тут же всплывет воспоминание, как мое тело пылало и жаждало прикосновений Ленкиного отца, когда он целовал меня в своей квартире и называл “малыш”.