Некромант и я. Основы магического шпионажа

Соблазнительное. Оно-то и притупило бдительность. Не успела опомниться – и вот я уже оказалась с ворохом всего этого.

Модистка хотела было мне помочь с разоблачением, но я уже была настороже и попросила активную даму принести мне кувшин с водой под предлогом, что хочу сполоснуть руки, чтобы взять одежду только чистыми пальцами."

"Модистка заверила, что вернется через минуту, и, захлопнув дверь, зашуршала юбками по коридору. Причем, несмотря на закрытую дверь, звуки были слышны отлично. Впрочем, и стены оказались точно картон. Потому как я отлично различила не только бравурный мотивчик, доносившийся из соседней комнатки, но и все слова, предлоги и даже запятые в песенке, которую кто-то пел. И, судя по голосу, этим кем-то был напарничек.

– П-с-с-с, Вирс, это ты? – шикнув, спросила я.

Мелодия оборвалась.

– Ирэн? – уточнил напарничек.

В ответ я угукнула и попыталась расстегнуть крючки на платье. Вот только те намертво заклинило.

– Ты не мог бы мне помочь с застежкой? – попросила я.

Ответом мне стала тишина, а спустя пару секунд дверь открылась без единого скрипа, и в комнатку просочился Вирсент.

– Что там у тебя?

Я повернулась к нему спиной и произнесла:

– Не могу расстегнуть.

Некромант сделал пару шагов, так что оказался рядом, попытался вынуть хотя бы одну пуговицу из петли, но быстро понял тщетность таких попыток и, как всякий мужчина, который не может запутанный узел развязать, разрубил его.

По полу застучали пуговицы. И им вторил стук каблуков возвращавшейся с водой модистки.

Глава 15

Вирсент, щелкнув пальцами, накинул на себя полог невидимости. И, судя по звукам, шагнул в сторону. Хотя, с учетом темноты примерочной, «шагнул» – громкое слово. Подозреваю, что он всем собой вжался в стену.

Дверь почти тут же распахнулась, и в комнату вошла модистка с тазом, в котором плескалась вода.

– Вот, леди Ирсен, как вы просили, – сказала она, ставя свою ношу на малюсенький – не больше носового платка – столик.

Женский взгляд скользнул по комнате, задержался на пуговицах, рассыпанных по полу, но работница салона и бровью не повела. Видимо, она была девицей вымуштрованной и видала в своей жизни не только валявшиеся на полу предметы дамского гардероба, но как минимум трупы. Что и подтвердил ее следующий вопрос, заданный ровным, как ледяная гладь реки, тоном:

– Что-нибудь еще желаете? Помочь с пуговицами или шнуровкой?

– Нет, – ответила я, стараясь говорить невозмутимо, будто в комнате и правда никого, кроме нас двоих, не было. – Спасибо, я справлюсь сама.

Модистка кивнула, но не удержалась и все же огляделась, словно человек, который чувствует подвох, но не может понять, где именно. Затем, так ничего и не обнаружив, девушка вышла, прикрыв за собой дверь.