Немоногамия (СИ)
Брак с влиятельным бизнесменом Яном Каминским был оговорен нашими родителями чуть ли не с самого рождения. Ян был моим лучшим другом, а затем первым и единственным мужчиной. Я давно в него влюбилась, а он за восемь лет так ни разу и не сказал мне о своих чувствах. Сейчас же штамп в паспорте это просто формальность – в реальности наш брак давно трещит по швам, а спонтанное разнообразие в интимной жизни только усугубляет ситуацию. #сцены мжм
Ну хватит. Перестань, иначе я тоже начну плакать…
Подойдя ближе, раскрываю руки для объятий. Сестра обвивает мою шею, точно хочет задушить и, утыкаясь лицом в плечо, больше не сдерживает слёз.
— Скажи, что мы увидимся на Новый год и Рождество. Я буду зачёркивать дни в календаре до твоего приезда.
Сглотнув ком в горле, зачем-то вру.
— Увидимся, конечно. И на Новый год, и на Рождество.
— Ты только не уточнила в каком году, — сквозь слёзы смеется Рина.
Я глажу её по спине и волосам. Утешаю как могу и обещаю то, что вряд ли смогу исполнить. Нашу милую семейную идиллию прерывает звонок телефона, который заставляет меня отстраниться и дёрнуться.
— Это Вова? – интересуется сестра.
Бросившись к кровати, хватаю в руки мобильный. Смотрю на экран с гулко колотящимся сердцем, чувствуя как к щекам приливает жар.
— Вопросов нет. Это не Вова.
Рина укоризненно качает головой и выходит из комнаты, плотно закрывая за собой дверь. Я, немедля ни секунды, снимаю трубку.
— Привет, — доносится из динамика голос Яна. – Сможешь выйти ко мне через минут пятнадцать?
В первую секунду я хочу возмутиться, так как моё согласие имело временные рамки, но почти сразу же остываю. Если откажу ему то потом пожалею.
— У меня вылет через пять с половиной часов.
— Могу сразу же закинуть в аэропорт.
Между нами воцаряется долгое молчание. Я судорожно думаю, что предпринять и как правильно поступить, потому что уже договорилась поехать в аэропорт вместе с Вовой на такси.
— Не волнуйся, привезу вовремя, — серьезно произносит Каминский. – Останавливать тоже не буду.
Знаю. Слишком далеко всё зашло.
— Я спущусь к подъезду Рины через пятнадцать минут. Сможешь забрать меня отсюда?
Кажется, Ян хочет задать мне какой-то вопрос, но тут же осекается и отвечает: «Хорошо». Наш короткий разговор заканчивается, после чего я бросаюсь собирать то, что ещё не успела.
— Это я ему сказала, что ты живёшь у меня, — оправдывается Рина, когда мы стоим в прихожей с чемоданами. – Сначала подумала, что ничего страшного, а потом разволновалась – вдруг ты скрывала?
— Это не имеет никакого значения, — мотаю головой."
"— Мне показалось, но может это ошибочно… — запинается сестра. – Ян решил, что всё это время ты находилась у Титова.
Понимающе кивнув, читаю сообщение от Каминского. Он пишет, что уже внизу. Спрашивает, нужно ли подниматься. Я отвечаю ему, что нет, после чего захожу в переписку с Вовой.
«Я сама доберусь на такси. Увидимся в аэропорту», — перечитываю, отправляю.
Титов тут же звонит, но я ставлю телефон на беззвучный режим и поочерёдно прощаюсь с сестрой и племянниками.
В растроганных чувствах, сжимая открытку от Егора, выхожу на лестничную площадку и вызываю лифт.
Осознаю насколько ненормальной получается ситуация.
















