Необузданные Желания

Этот шкаф размером с розничный магазин одежды в торговом центре.

Я роюсь в ящиках, пока не нахожу прекрасный выбор нижнего белья La Perla в оборках на шелковой подкладке. Я замираю, уставившись на изысканную пару фиолетовых трусиков бразильского кроя из шелка и тюля.

Ценник все еще прикреплен. Трусики, одна из примерно пятидесяти пар в ящике, стоили двести сорок долларов.

Неудивительно, что Деклан высмеивал мой сберегательный счет.

Я срываю ценник, нахожу подходящий фиолетовый бюстгальтер и примеряю его перед зеркалом в полный рост.

Медленно поворачиваясь взад-вперед, любуясь отражением, понимаю, что никогда больше не смогу надеть свои хлопковые трусы - три пачки за тридцать баксов.

Я роюсь в других ящиках и нахожу пожизненный запас спортивок, а также джинсы, свитера, футболки и все остальное. Я надеваю джинсы от Dolce&Gabbana за одну тысячу триста долларов и черный кашемировый свитер, такой мягкий, что я чуть не плачу, и все это время пытаюсь не злиться на Деклана.

Когда я открываю один из верхних ящиков большого центрального островка, я резко останавливаюсь, втягивая воздух.

Очевидно, его поход по магазинам также включал остановку у Tiffany’s.

Я закрываю ящик, жду, пока ослепительный блеск бриллиантов исчезнет из поля зрения, затем оставляю шкаф и его соблазны позади. Я босиком направляюсь на кухню.

Деклана там нет. Его нет ни в гостиной, ни в медиа-зале. Мне требуется двадцать минут, чтобы обойти весь дом, пока, наконец, я не решаю, что в доме одна.

Если не считать темных фигур, движущихся по периметру двора. Те, что с большими винтовками наперевес.

Я приоткрываю стеклянную дверь в закрытую комнату для завтраков рядом с кухней, и врывается соленый воздух. Холодный морской бриз шевелит волосы. Я высовываю голову и зову:

— Эй! Ребят? Сюда!

Я машу рукой в сторону темной фигуры, крадущейся вдоль высокой живой изгороди из бирючины. Он на мгновение замолкает, глядя в мою сторону, затем подносит руку к уху.

— Черт возьми, тебе не нужно спрашивать разрешения, Паук, — бормочу я, наблюдая, как он говорит в запястье.

Но думаю, что он именно его и спрашивал, потому что начинает идти по направлению в мою сторону.

Когда Паук достигает мощеного патио за дверями и попадает в круг света от бра, установленных на стенах, я улыбаюсь ему.

— Капитан Америка! Как ты?

Он старается не улыбаться мне, но у него ничего не получается.

— Здравствуйте, мадам.

— О, боже, — говорю я в ужасе. — Пожалуйста, скажи мне, что Деклан не просил тебя называть меня так.

Паук перекидывает винтовку через массивное плечо и ухмыляется:

— Не-а. Просто подумал, что немного напугаю вас. Знал, что не смогу сделать это по-другому, так что... — Он пожимает плечами.

Паук в хорошем настроении.