Необузданные Желания

Трудно сосредоточиться на том, что говорит этот Костюм, или чего он хочет от меня, потому что недоверчивый хор нестройных голосов «Деклан - шпион?» крутится у меня в голове, как песня на повторе.

Глядя на меня со странным выражением, Костюм признается:

— Я не ожидал, что вы так хорошо себя покажете.

Я понимаю, что его странное выражение лица - это восхищение, и у меня возникает нехорошее предчувствие, к чему он клонит.

— Эм... спасибо?

— Мы бы хотели, чтобы вы работали на нас.

Мне требуется время, чтобы это нелепое заявление проникло в мой пульсирующий череп.

— У меня уже есть работа, но я ценю ваше предложение.

Он хихикает.

— Не как инструктор по йоге. В сборе разведданных.

— Другими словами, шпионаж.

— Правильно.

Чтобы выиграть немного времени, пока мой мозг оправится от этого нового шока, я спрашиваю:"

"— Кого вы имеете в виду, говоря «мы»?

— Правительство Соединенных Штатов.

— Вы имеете в виду ЦРУ?

— Конкретное подразделение не имеет значения.

— Но я хотела бы знать, на кого я буду работать.

— Вы бы отчитывались перед куратором, который давал бы вам задания. Это все, что вам нужно знать на данный момент.

— Мне по-прежнему придется платить налоги?

— Да.

— Так в чем же плюс?

— Вы бы послужили своей стране.

— Я считаю себя гражданином мультивселенной.

— Я не шучу, мисс Келлер.

— Как и я. Я стала бы плохой инвестицией. Когда инопланетяне приземлятся, я буду в рядах первых, кто добровольно отправится с ними на Марс.

Он делает паузу, чтобы собрать все силы и терпение.

— Я не совсем ясно выражаюсь. Это не предложение. Это приказ.

Я снисходительно улыбаюсь ему.

— Жаль, что ты мне не начальник.

Он мрачнеет.

— Если вы откажетесь, вам сделают инъекцию хлорида калия, которая вызовет остановку сердца в течение семи минут. Это будет фатально. Это также будут мучительные семь минут. Затем мы завернем ваше тело в биоразлагаемый саван, усиленный средством для привлечения акул, и сбросим вас в море. Ваше тело никто никогда не найдет.

— Ух ты. А я-то думала, что мы так хорошо ладим.

— Вы упрямы, как коза. Мне это нравится. Мне также нравится ваш настрой. За двадцать пять лет моей работы тысячи вражеских диверсантов прошли через различные объекты, за которыми я наблюдаю. Девяносто один процент из них предоставляют нам нужную информацию в течение одного дня после прибытия. Еще четыре процента делают это за два дня до того, как сдаются. Вы можете понять, почему я впечатлен.

— А как насчет остальных пяти процентов? — Он лишь улыбается. — Спят на дне морском, да?

— Такое странное выражение для описания чего-то столь невыразимо жестокого. Прежде чем вы примете решение, я бы хотел, чтобы вы имели в виду две вещи. Во-первых, отказ равносилен верной смерти.

— Ты уже упоминал об этом.