Необузданные Желания

Он — мой друг, — когда от этого у Деклана темнеют глаза, я говорю, — ладно, фактически мы не друзья-приятели. Я только формально встречалась с ним в тот единственный раз на том злосчастном ужине. Но моя подруга влюблена в этого парня, а она —необычайно хороший человек. Она практически «Мать Тереза». Если он ей нравится, он не может быть таким уж плохим.

— Влюбленные женщины, как известно, плохо разбираются в людях, — Деклан говорит это так мрачно, с такой неприкрытой болью за словами, что это заставляет меня остановиться и задуматься.

— А ты стреляный воробушек?

Деклан пропускает мое замечание мимо ушей и спрашивает:

— Как твоя подруга познакомилась с ним?

Я замолкаю, чтобы взять себя в руки, зная, что то, что собираюсь сказать, не пройдет для меня гладко. И одному богу известно, как отреагирует Деклан, учитывая, в каком он настроении. Но это должно быть сказано.

Просто есть некоторые границы, которые нельзя пересекать.

Я смотрю прямо в его льдистые голубые глаза.

— Я говорю это не из неуважения к тебе, а из любви и преданности к моей подруге. Не твое гребаное дело.

Когда Деклан открывает рот — без сомнения, чтобы выкрикнуть угрозу в мой адрес, — я перекрикиваю его громким голосом.

— Я никогда, никогда, ни за что на свете не предам Натали. Делай со мной, что хочешь. Бей, мори голодом, держи взаперти в этой комнате вечно, мне все равно. В ней все лучшее, что есть во мне, и она — лучший человек, о дружбе с которым я когда-либо могла мечтать, и я люблю ее как сестру. Я беру свои слова обратно — я люблю ее больше, чем свою сестру. И не в лесбийско-гейском смысле, прежде чем ты снова начнешь мне трындеть об этой розовой любви. Просто люблю ее. А это значит, что не предам ее. Это значит, что я не буду рассказывать тебе ни хрена о ней или ее мужчине, как бы тебе это ни не нравилось.

Я встаю с намерением повернуться к нему спиной и уйти, но этот план вылетает в трубу, когда комната скользит вбок и начинает яростно вращаться.

Потом все погружается во тьму, и я падаю.

12

ДЕКЛАН

Все происходит молниеносно.

Мгновение - и она уже на ногах. В следующее мгновение она оседает на пол, ее ноги подкашиваются, как будто у них нет костей. Выражение ее лица в мгновение ока меняется с раздраженного на удивленное.

Не страх. Не шок. Просто удивление, как будто Слоан думает, что это что-то новенькое, прямо перед тем, как потерять сознание.

Инстинкты заставляют меня реагировать без необходимости думать. Я подхватываю ее и опускаю на ковер. Она совершенно обмякла в моих объятиях. У нее отвисает челюсть. Ее лицо бледное.

Несколько минут назад я заметил, как краска отхлынула от ее лица, но приписал это к гневу на меня. Это кажется чем-то гораздо более зловещим.

Я должен был догадаться. Это не та женщина, которая расстраивается из-за ссоры.