Непогода

Напряжение отпускает мышцы, и расслабившееся тело начинает едва ощутимо потряхивать от растекающейся изнутри слабости.

Приложив ко лбу прохладную ладонь, я возвращаюсь в реальность: в шум и духоту бара. Взгляд быстро фиксируется на Тане, продолжающей неподвижно сидеть за нашим столиком в компании все тех же мужчин. Правда уже заметно растерявших былой энтузиазм, если я правильно считываю выражения их помрачневших за последние минуты лиц.

Что ж, тем проще, надеюсь, будет попрощаться с ними без скандала и дополнительных уговоров: даже с расстояния пары метров Таня кажется мне чересчур бледной и отрешенной.

Я возвращаюсь к столу, и мужчины тут же обращают свое внимание на меня: в чуть сузившихся глазах отражаются ленивый интерес и идущий прямо сейчас в уме расчет; наверняка, гадают, каковы шансы заполучить в пользование хотя бы мою персону. Встав у Тани за спиной, я ободряюще касаюсь ее плеча и сообщаю сразу всем:

– Нам пора ехать.

– Куда ж ты так торопишься? – вскидывается тот, что постарше, и проходится по мне поблескивающими в полумраке бара глазами, с намеком задержавшись на узком, но глубоком вырезе декольте.

Подавив очередное желание объяснить, чем плоха столь неприкрытая навязчивость, я лишь с холодной улыбкой замечаю:

– Ничего. Меня муж ждет. – Я демонстративно протягиваю вперед правую руку с обручальным кольцом на пальце, мысленно радуясь собственной нерешительности: духу не хватило снять символ брака до получения свидетельства о разводе.

– Жаль, – замечает мой несостоявшийся ухажер, но печаль его, конечно, наносная. – А подруга твоя совсем молчаливая. Всегда она такая?

– Тяжелое расставание с парнем, – вру я, только бы отделаться от совершенно неинтересной мне беседы.

"– Вот как, – протягивает второй с откровенным разочарованием, пока его друг лишь кивает, принимая сказанное мной, и слабо усмехается. – Понятно.

Замкнувшаяся в себе Таня в разговоре не участвует, но, к счастью, хотя бы реагирует на мои прикосновения и взгляды.

– Пойдем, – я осторожно подталкиваю Таню в спину и снимаю со стула сумочку. – Антон уже приехал. До свидания, – бросаю я в сторону так и не покинувших наш стол мужчин, вероятно, решивших не совершать лишних телодвижений в виде возвращения на прежнее место, раз уж мы все равно уходим.

Таня поднимается, и я на всякий случай спешу обнять ее свободной от сумки и телефона рукой. Молча мы выходим из зала и движемся к гардеробу.

– Ты как? – спрашиваю я, когда мы попадаем в относительную тишину. – Спасибо. – Нам подают наши пальто.

– Нормально, – произносит она с небольшой заминкой; дрожащими руками забирает у меня пуховик и сразу заворачивается в него, как в броню. Или в одеяло.