Непокорная. Жена по договору

Точной улицы не помню, но его легко отличить. Дом окружает тьма.

Опять тьма. Она повсюду сопровождает этого мужчину. В момент моего соприкосновения с ней я испытала странные чувства. Отталкивающими их не назвать, но было ощущение, что меня изучают. Будто мне устроили проверку, и я не понимала – прошла ее или нет.

Тряхнув головой, я отогнала лишние мысли и сосредоточилась на сестре. Может, этот разговор – наш шанс наладить отношения. Что нам делить? Разве что тьмага, и то исключительно по мнению Мины.

— Нам не обязательно быть врагами, — сказала я. — И твое, и мое детство было не сахар.

Над тобой измывалась бабушка при помощи внушения. Я росла с чужими людьми, большинству из которых было за радость издеваться надо мной. Но мы обе выстояли и стали сильнее. А вместе можем быть непобедимыми. Мир? — предложила я.

Мина глянула на меня задумчиво и поправила:

— Перемирие. Но сразу предупреждаю – если я увижу возможность насолить тебе по-крупному, я ею воспользуюсь, — вот так своеобразно приняв мое предложение, Мина повернулась ко мне спиной и пошла в дом.

— Спасибо за честность, — хмыкнула я.

И поспешила за сестрой, так как порядком замерзла со своей голой спиной.

Чтобы я еще раз экспериментировала с нарядом, да ни за что!

Заходя в дом, размышляла, как быть. Даже зная примерно, где искать Дарклиона, я понимала, что в ближайшее время встреча с ним мне не светит. Леди Малива не выпускает меня из дома. Как же забрать амулет? Он мне жизненно необходим! Нужно срочно придумать предлог для новой встречи с тьмагом…

11--3

Моя магия распечатана… принц – гад… тьмаг – невыносим… леди Малива по-прежнему Мымра, а сестра – малолетняя дурочка… Вот такие мысли и эмоции переполняли меня после бала, но поделиться ими было не с кем.

Разве что с Картиной. Общаясь с ней, я представляла, что говорю с мамой. А кому как не маме рассказывать о том, что у тебя на сердце?"

"В итоге я выплеснула на Картину все, что накопилось: восторг по поводу обретения магии; негодование из-за поведения мужчин на балу; сомнения из-за собственного будущего.

Картина была идеальным собеседником. Она молча слушала поток моих излияний, пока я, размахивая  руками, ходила по комнате из угла в угол. Реагируя на мою речь, она меняла изображения.

Так мы и вели диалог.

— Представляешь, тот мужчина, за которым мы подсматривали, оказался тьмагом! — выпалила я.

Картина весьма натурально изобразила шок – на белом фоне силуэт человека с поднятыми руками и молниями вокруг головы. Общение со мной шло ей на пользу. Она становилась все более современной. Я будто переписывалась с подругой через мессенджер. Я – ей голосовое, она в ответ – эмодзи.

— А как тебе цвет моих волос? — похвасталась я. — Теперь он точно натуральный.

Я подошла к зеркалу и изучила себя.