Неразлучные

— Трейси, такое случается чаще, чем вы думаете, и, как правило, к лучшему. Мы уже не первый год шьем свадебные платья. А начинали мы в подвале дома матери Альфреда в Индиане. — Она натянуто рассмеялась. — Вы и представить себе не можете, сколько наших творений так и не увидели света дня! Господи, да нам найдется, что порассказать! Но, в конце концов, это всегда означало, что парень, как бы это выразиться… не совсем подходящий! Уверена, вы еще найдете свое счастье, и тогда мы вам сошьем сногсшибательное…

— Только через мой труп.

— Ваше следующее свадебное платье за наш счет! — торжественно провозгласил Альфред.

— Мне нужны назад мои деньги, — холодно парировала Трейси. — Тогда я уйду отсюда, чтобы никогда сюда больше не возвращаться, и постараюсь как можно скорее забыть весь этот кошмар.

Чарис бросилась в другую комнату за чековой книжкой.

— Вы не возражаете, если я проставлю дату более поздним числом? Мы должны разобраться со счетами. К тому же, как вам, должно быть, известно, у нас похитили всю наличность… Все наши деньги, а это была немалая сумма. И кое-что из моих любимых старинных украшений…

— Если чек вернут, мой адвокат подаст на вас в суд.

Зазвонил телефон. Альфред поспешно схватил трубку. Риган удивилась, что он не дал сработать автоответчику, хотя, с другой стороны, она понимала, что ему не терпелось поскорей прервать этот неприятный разговор.

— Алло? Да, это Альфред. Вам нравятся мои платья? — Он улыбнулся. — Огромное вам спасибо. Вы откуда, если не секрет! Да, это просто ужасно… — Он слушал, покручивая телефонный провод, а затем, прикрыв трубку ладонью, объявил:

— Это репортер из «Гэлакси госсип». Он просто в ужасе от того, что произошло. Хочет написать очерк о пяти невестах, которые в одночасье лишились своих свадебных платьев…"

"Трейси подскочила к телефону и оборвала связь.

— Идиот! Бестолочь! Меньше всего я хочу, чтобы мое имя попало на первые полосы газет!

Альфред робко протянул ей трубку; Трейси со стуком брякнула ее на рычаг. Затем она нагнулась и зловеще процедила прямо ему в лицо:

— Если мое имя каким-нибудь образом просочится в прессу и окажется среди имен прочих невест, пеняйте на себя. Я вас разорю! Это понятно? Разорю. Мне не нужно, чтобы весь белый свет узнал о том, что меня бросил жених! Я и так буду выглядеть идиоткой в клубе, когда там об этом узнают. Да я вас по судам затаскаю! Вы мне за все ответите: за психический и моральный ущерб, за грубое вторжение в частную жизнь…

А у нее, должно быть, неплохой адвокат, подметила Риган.

Снова затрещал телефон; одновременно кто-то позвонил в дверь. На этот раз настала очередь Чарис совершить побег:

— Должно быть, это служба доставки, — пробормотала она, опрометью бросаясь из комнаты с чековой книжкой в руке.