Неразлучные

Они с Риган планировали провести две с половиной недели в Европе. Но самым замечательным было то, что после путешествия Риган собиралась вернуться вместе с ним в Нью-Йорк, а не к себе в Лос-Анджелес. Последние несколько недель она только и делала, что высылала к нему на квартиру бесчисленные коробки, набитые одеждой, фотографиями и книгами. Похоже, переезд нисколько ее не волновал. Она ни разу не дала ему понять, что «у тебя, конечно, не то, что дома». Напротив, она уверенно заявила:

— Мне очень, очень нравится твоя квартира. Посмотрим, как мы с тобой будем здесь себя чувствовать через год-два. Если захотим, то можно и переехать.

Мать Джека приготовила поздний завтрак для многочисленных членов семейства Рейли, которые съехались в Нью-Йорк по случаю предсвадебного приема. Большинство собиралось покинуть город только после свадебной церемонии.

— Еще одна неделя, Джек, и… — сказала мать, протягивая ему тарелку с яичницей.

— Через неделю в это самое время Шейла Маллен напьется с горя, — поддразнила его старшая сестра Триш.

— Но мы с ней не виделись со школьной скамьи, — запротестовал Джек.

— Она всегда была от тебя без ума, — напомнила ему мать. — Но, как бы там ни было, Риган всегда будет твоей единственной.

— И это чистая правда, мам, — кивнул Джек, подсаливая яичницу.

Только он собрался запустить вилку в тарелку, как зазвонил его сотовый телефон. Джек взглянул на определитель и понял, что звонит Нора со своего мобильного. Он быстро открыл крышку.

— У вас все в порядке? — встревоженно спросил он.

Пока он слушал ее рассказ, у него понемногу отлегло от сердца.

— Нора, я немедленно выезжаю. — Он закрыл крышку аппарата и оглядел обескураженные лица собравшихся за столом родственников. — У Риган похитили ее свадебное платье. Прошлой ночью на свадебный салон был совершен налет. Это все, что мне удалось узнать.

— И этого вполне достаточно! — воскликнула его мать, в то время как Джек уже выбегал на улицу через заднюю дверь.

3

— …Ма-а-моч-ка-а-а!!! Ты только посмотри на мое платье!

Развязав веревки, стягивавшие нежные руки Чарис, Риган побежала в соседнюю комнату, откуда доносились вопли Альфреда:

— Я сейчас же звоню девять-один-один!

Сцена, которая открылась глазам Риган, чем-то напоминала древнегреческую трагедию. Молодая рыжеволосая девушка стояла на коленях на полу, сжимая в руках изрезанные, запачканные кровью клочки того, что должно было превратить ее в принцессу в самый главный день ее жизни. Теперь же вид растерзанного сокровища вмиг превратил ее в бешеную фурию.