Неразлучные

Он был у своих родителей в Уэстчестере, но сказал, что уже выезжает.

— Спасибо, мам, — сказала Риган и повернулась к Альфреду. — Это место, где было совершено преступление. Мы должны проявлять максимум осторожности, чтобы не уничтожить каких-нибудь важных улик.

— Боже правый! Мой салон — место преступления! — с негодованием повторил Альфред. — Я чувствую себя оплеванным.

Риган направилась к входной двери:

— Не похоже, чтобы ее взламывали. Вы уверены, что заперли ее вчера вечером?

— Вчера мы заказали еду в китайском ресторанчике, потому что не было сил куда-либо идти. Чарис открыла дверь, чтобы заплатить разносчику. Ты заперла дверь на два оборота, Чарис?

— Не могу сказать, что я уверена в этом, — едва слышно призналась Чарис. — Пакет был очень тяжелый; да к тому же суп с клецками начал выплескиваться из контейнера. А он был горячий…"

"Замечательно, подумала Риган. Может так статься, что дверь не была заперта должным образом и грабителям было достаточно просто толкнуть ее, чтобы она открылась. И если она не была заперта на два оборота, ее можно было запросто открыть с помощью обыкновенной кредитной карточки.

— Мы поужинали в постели и просто вырубились, глядя телевизор, — подхватил Альфред. — Потом, когда я очнулся, то увидел, как двое в черном с натянутыми на головы чулками связывают нас по рукам и ногам. Один из них взломал сейф. Все произошло так быстро…

— И телевизор по-прежнему работал?

— Да.

— А вы не помните, в котором часу они к вам вломились?

— В три часа утра. В это время как раз повторяли шоу Ларри Кинга. Перед уходом эти мерзавцы выключили телевизор. Нарочно, чтобы нам насолить. А мы так и лежали в этой жуткой тишине, перепуганные до смерти, пока не приехали вы, Риган. И ничего, ровным счетом ничегошеньки, чтобы хоть как-то отвлечься!

— Эй… — окликнул их мужской голос.

Все разом повернулись и увидели нескольких офицеров полиции, которые разом появились в дверном проеме. Риган представилась. Все полицейские хорошо знали Джека и, судя по их отзывам, уважали и очень любили его. Они взяли показания у Альфреда и Чарис; прибывший вместе с ними эксперт посыпал порошком салон, чтобы снять отпечатки пальцев. Свадебное платье Бриан было упаковано в специальный пластиковый пакет. На пороге показалась целая орда репортеров, возглавляемая оператором с камерой на плече. Бриан была рада до смерти, заполучив шанс поделиться с ними своими впечатлениями, прежде чем они успели раскрыть рот, чтобы поговорить с Альфредом, Чарис или Риган.

Когда все, в том числе и полицейские, разошлись, Чарис отправилась на кухню, чтобы приготовить кофе. Открыв холодильник, она завопила нечеловеческим голосом.