Невеста для миллионера

А в следующее мгновение я подскочила, понимая, что мне конец. Гейм, как говорится, овер!

– Не двигайтесь, Александр Сергеевич, отличный кадр! – крикнула я, бросаясь к выходу из оранжереи. – Я за штативом! Обязательно найду самый лучший ракурс! – И, обернувшись, неожиданно вытянула руку с фотоаппаратом в его сторону: – Петрификус тоталус! (2) Ой, то есть, селеницереус грандифлорус! (3)

Кажется, на пару секунд Алекс опешил, либо ему напрочь отказала способность двигаться. И это определенно дало мне фору! Вприпрыжку, позабыв о побаливающей ноге, я бросилась на виллу, крепко сжимая в руках фотоаппарат.

Умру вместе с моим другом, но не отдам ни за что!

– Лазарева, я тебя убью! – кричал за спиной ""прекрасный принц"", матерившийся, как сапожник. Справедливости ради готова признать – у него на это имелось полное право.

– За что? Снимки ""Царицы ночи"" я тебе завтра предоставлю, Александр Великий! – смеясь, отвечала я, вспоминая, что по забегу на короткие дистанции в школе я была одной из лучших.

Это меня и спасло. Оторвавшись от преследователя, я поняла, что он может банально вынести дверь в мою комнату, и ничто ему не помешает.

Поэтому завернув в знакомый коридор, я не бросилась по лестнице на второй этаж, а скрылась на кухне. Успела! Спрятавшись за массивным столом, я с трудом перевела дух. Когда Громов выдохнется и отправится спать, заодно и перекушу. Ладно, завтра отдам ему все, хотя фото с бабочкой было очень и очень жалко. Такой кадр придется уничтожить!

Несколько минут было тихо, и я успела почувствовать, как затекают ноги от неудобной позы. Шел бы ты в кроватку, ""жених""…

Однако моим чаяниям не суждено было сбыться.

Неожиданно кухню осветил яркий свет, неприятно бьющий по глазам, и раздался звук захлопнувшейся двери. Я сглотнула. Щелчок замка и вовсе заставил меня похолодеть.

– Вылезай, Красная Шапочка, – раздался ядовитый голос Алекса, – твой Серый Волк пришел.

Что лучше предпринять в данной ситуации? Кричать ""Охотники, сюда!"" или закидать ""серого"" пирожками?

Правда, выпечку жалко и очень, да и нет ее под рукой. На полу чисто, а холодильник – в четырех метрах от некролога.

Как обычно, придется импровизировать.

Поползла вдоль мраморного стола, и в голове билась единственная мысль – окна в кухне огромные, вряд ли успею их открыть.

– Бабушка, а бабушка, почему у тебя такие большие зубы? – пропищала я.

– Что, вот так сразу? – усмехнулся Громов. – А про глаза и уши спрашивать не будешь?

Я упорно ползла дальше, но голос Алекса приближался. Сердце буквально ушло в пятки.

– А зачем тянуть? Разве это что-то изменит?

– Конечно, нет. Тебе все равно не сбежать от меня, Лазарева.