Невеста-изменница

Не припомню, чтобы я когда-нибудь его ослушалась.

— Поэтому ничего и не сказала Рису о ребенке?

Даже вспоминать об этом было больно.

— Отец запретил мне общаться с Рисом. Сказал, что Рис обесчестил меня и поэтому никогда больше его ноги не будет в нашем доме. Тогда я не была такой сильной, как сейчас. Тогда я не могла ему противоречить. И делала то, что он мне говорил.

— Выходит, очарование Олдриджа не имело никакого отношения к твоему решению? — Собеседница вопросительно взглянула на Элизабет.

— Нет, его очарование здесь ни при чем. Скорее безопасность, которую давало моему будущему ребенку его имя. Он был старше и степеннее. И не носился по миру в поисках приключений. Решение на самом деле принимала не я. Замуж за Олдриджа я вышла по настоянию отца. И не проходило дня, чтобы я не сожалела об этом.

Графиня откинулась на кованую спинку. Элизабет невольно съежилась под ее колючим взглядом.

— Племянник сказал, что ты приехала к нему, потому что боялась за свою жизнь и жизнь ребенка, но, быть может, тобой руководили иные мотивы?

— О чем вы?

— Не затем ли ты здесь, чтобы попытаться возобновить отношения с Рисом? Чтобы вновь заполучить его в свои цепкие когти?

— Нет! Я приехала сюда, потому что была в отчаянии. Я знала, что моему сыну грозит опасность. У меня не осталось никого из родных. Рис — единственный человек, кому я могла довериться.

— Потому что он отец Джереда?

— Потому что он сильный и честный человек. Я была уверена, что он нас не прогонит.

Графиня, казалось, взвешивала ее слова.

— Когда ты намерена сказать ему о ребенке?

Элизабет устремила взгляд в пространство. Она не имела представления, как сообщить Рису столь великую тайну, — ведь это грозило превратить его неприязнь к ней в открытую ненависть.

— Дайте мне время. Я не знаю, что он сделает. Не знаю, что станет с моим сыном и со мной, когда Рис узнает правду. — В ее глазах засверкали слезы. — Джеред и без того замкнутый мальчик. Он слишком мал, чтобы разбираться в вопросах отцовства. Боюсь, что неудачно преподнесенная правда может погубить его окончательно.

Вдова выдержала долгую паузу.

— Благополучие мальчика — самый важный вопрос в этой ситуации. До твоего появления здесь меня это не касалось. Теперь касается. Я дам тебе время на подготовку. Дам возможность обдумать, как лучше все объяснить, но не позволю продолжать обманывать Риса вечно.

У Элизабет свело живот. Нетрудно было догадаться, какую вражду и ненависть вызовет она у Риса своим сообщением.

— Когда я увидела их вместе, то поняла, что рано или поздно мне придется рассказать ему правду. Даю слово, я это сделаю. А пока благодарю вас за то, что дали мне время подумать, как лучше донести правду до Риса.

Пожилая дама неловко поднялась со скамейки.