Невеста на полставки

Рекомендуют наложить на отек холодный компресс, принять болеутоляющее, а главное — обездвижить конечность.

— Как же я теперь справлюсь… — чуть не плачет женщина, когда доктора уходят.

Мне ее искренне жаль. Ей предстоят нелегкие деньки.

Не успеваем мы что-то придумать, как появляется участковый. Дородный дядька с широкими плечами и усталым лицом. Сразу просит меня никуда не уходить, пока он меня не опросит, хотя я даже на полноценного свидетеля не тяну, ведь само происшествие не застала, лишь его последствия.

Впрочем, на улицу я не рвусь, тут гораздо теплее, да и печенье еще не закончилось. С интересом слушаю по четвертому кругу рассказ Марии Ивановны.

Пока та пишет заявление, участковый принимается опрашивать меня, и тут в квартиру буквально врывается здоровый лысый бугай. Ростом явно выше метра восьмидесяти, такой же рослый, как Энгрин-младший и его любовница-секретарь.

— Бабуля, что с тобой случилось? — гремит он на всю кухню.

При его появлении Мария Ивановна только фыркает.

— Тебя не хватало для полного счастья!

Бугай ничуть не обижается, кидается к женщине.

— Прохожу мимо твоего подъезда, вижу скорую, полицию… Что стряслось?

Мой нос почти сразу улавливает исходящий от него запах курева и алкоголя, хотя на вид вроде трезвый.

Хозяйка квартиры вместе с участковым вводят его в курс дела. К концу рассказа лицо внучка становится кислее квашеной капусты.

— Расстроился, что я только ногу подвернула, а не схлопотала инфаркт? Так не терпится переехать в мою квартиру? — язвит Мария Ивановна

— Бабуля, да как ты могла подумать!.. А это кто? — его взгляд неожиданно упирается в меня.

И такой нехороший у него взгляд, что я резко давлюсь печеньем.

— Меня зовут Злата, — представляюсь.

— Отстань от нее, это хорошая девочка, она мне помогла!

— А ты случайно на квартиру моей бабули не заришься? — вдруг шипит он на меня. — Может, ты это нападение и организовала? Точно, ба, смотри, какие у нее глаза хитрые!

Сижу тихо, моргаю, искренне пытаюсь понять, как он пришел к этой светлой мысли.

Бугай тем временем продолжает орать:

— Ба, ну понятно же! Приехала из какого-нибудь Мухосранска и давай себе столичную квартиру выбивать…

Интересно, у меня на лбу написано, что я не москвичка, что ли?

— А регистрация у девушки есть? — резко спрашивает меня участковый.

Кладу недоеденное печенье на стол, тянусь к своему рюкзаку, достаю паспорт, в нем свидетельство о регистрации по месту пребывания.

— Вот, пожалуйста, — говорю намеренно спокойно, хотя на самом деле мне уже очень хочется надавать внучку-скандалисту хороших затрещин. — Временная регистрация.

Слава богу, мне ее сделали по поручению Энгрина-старшего еще в день моего приезда.