Невеста-обманщица

Ее удивило, что он так неожиданно остановился. Она посмотрела ему в лицо — оно было совершенно спокойным и удовлетворенным. Потом раздался долгий и глубокий стон, его темные глаза стали неистовыми и дикими, и она почувствовала влагу на своем лоне. Она текла и текла, ее тело стало скользким и липким, и боль понемногу отступила.

Он лег на нее, дыша тяжело и прерывисто, вдавливая ее в матрас. Все кончилось, и она думала над тем, что же произошло и что должно произойти дальше. Через некоторое время Дуглас приподнялся на локтях. Он посмотрел ей в лицо. Как, долго он смотрит на нее.

Потом нахмурился.

Наконец она услышала его голос, резкий и сердитый:

— Боже мой, я не верю атому. Это не должно было случиться. Никогда со мной такого не происходило. Это совсем не то, чего я так ждал и хотел. Проклятье!

Он отстранился от нее, стараясь не дотрагиваться до ее тела, которое задрожало, как только он отодвинулся. Он постоял с минуту, глядя на нее.

— Я иду спать, — сказал он и, к ее ужасу, повернулся и ушел в ее спальню, захлопнув за собой дверь.

Глава 15

Страшный визг, громкий и высокий, разбудил Александру. Он доносился из спальни графини.

Она выскочила из кровати Дугласа совершенно обнаженной, схватила одеяло, завернулась в него и, подбежав к двери в смежную комнату, распахнула ее.

Ее горничная Дора, глупенькая пятнадцатилетняя девчушка, вопила, спрятав лицо в ладонях и глядя на кровать сквозь пальцы.

Дуглас сидел в постели и в некотором смущении смотрел на свою обнаженную грудь, по которой стекал горячий шоколад. Белая простыня закрывала его только до пояса.

Александра застыла в нерешительности.

Дуглас поднял голову и прикрикнул на горничную:

— Ради Бога, замолчи, глупое создание!

Дора плотно сомкнула челюсти, но тут же начала ломать руки.

Александра быстро прошла через комнату, и Дора обрадованно воскликнула:

— О, миледи! О, дорогая! Это его милость, а я думала, что это вы, и я осторожно потрясла вас.., то есть его за плечо, и оказалось, что это он, и на нем совершенно ничего нет, и он так испугал меня, что я облила его шоколадом и, кажется, обожгла. О, миледи!

Александра посмотрела на Дугласа. Шоколад стекал по густым волосам на его груди на белые простыни. Со спутанными волосами и темными бакенбардами вдоль смуглого лица он показался ей таким красивым, что она никак не могла понять, почему Дора так кричит.

Было бы более естественно, если бы она забралась к нему в постель и целовала его до тех пор, пока хватило бы дыхания.

— Все в порядке, Дора. Ты можешь идти. Принеси немного теплой воды, мочалку и полотенца. И поторопись. Его милости не очень-то приятно лежать, залитому шоколадом. — Отослав горничную, она повернулась к мужу:

— Вам больно? Она обожгла вас?

Дуглас казался ужасно разозленным.