Невеста-обманщица

Выходит, Дуглас не особенно оценил подарок, который преподнес ему Тони? Странно, я всегда считал, что у Тони исключительный вкус в том, что касается женщин, за исключением этой Карл-тон, которой каким-то чудом удалось заставить его сделать ей предложение. Это происшествие навеки останется в анналах холостяков как самое загадочное и таинственное. Да, так, значит, наш непостоянный Дуглас рвет и мечет."

"— Я не думаю, что непостоянством стоит так уж гордиться, господин Райдер, да это и не в характере его милости. Просто все дело в подмене. Такой резкий поворот в жизни разозлит даже лучшего из людей. Но мое мнение, как я уже сказал, что лучшей жены, чем наша новая графиня, джентльмен и желать себе не может.

— Ах-ха! Я начинаю понимать. Девица, видно, не особенно аппетитная и, наверное, не идет ни в какое сравнение с Мелисандой. Я прав, Холлис? Ты так завуалированно выражаешься, что не сразу и поймешь, что же ты хочешь сказать.

Мелисанда в это время завтракала в соседней комнате и через открытые двери слышала весь разговор. Услышав слово “аппетитная”, она с минуту раздумывала, можно ли принять его за комплимент, не будучи уверенной в точном его значении, но потом все-таки сочла, что это не могло быть сказано не в ее пользу, и решила показаться. Она встала в дверях, некоторое время оставаясь незамеченной и разглядывая этого напористого молодого человека, потом прочистила горло и пропела:

— Здравствуйте. Я — леди Мелисанда. А вы кто, сэр?

Райдер повернулся на незнакомый голос и посмотрел на молодую женщину. К совершенному изумлению Мелисанды, этот джентльмен, в отличие от всех знакомых ей мужчин, не окаменел от одного взгляда на нее, не упал к ее ногам, выражаясь метафорически, и не замер там как бездыханный пес. Гораздо более опытные мужчины, чем этот белокурый юноша, не могли устоять перед ее красотой. А он словно и не замечает, кто перед ним стоит. В чем же дело? С ней что-то не так? Разве у нее растрепались волосы? Или расплылась фигура? Или лавандовый цвет ее утреннего пеньюара невыгодно оттеняет ее белоснежную кожу? Или что-то случилось с ее лицом?

Но она точно знает, что с ней все в порядке. И лицо ее по-прежнему прекрасно. И тем не менее он стоял как ни в чем не бывало, слегка наклонив голову набок. Впервые в жизни она не видела никаких признаков умственного затмения, внезапной бледности или остолбенения, ни намека на душевное смятение в этих красивых голубых глазах. Ах, может быть у него просто отнялся язык — такая своеобразная реакция на ее появление. Тут он улыбнулся и ответил ей голосом ленивым и тягучим, как разогретый мед:

— Я Райдер Шербрук, брат Дугласа. А где наша новая графиня? И что вы здесь делаете?

— Она здесь со мной, Райдер.

— О, привет. Тони.