После развода. Другая дверь

Совершенно точно НЕ так, Наталья это чувствовала. И пусть они теперь чужие друг другу, двадцать восемь лет брака не выкинешь на помойку. Можно было послать его к молодой жене, но она же видела, что ему плохо.

Лежачего не бьют. Она не могла не спросить:

- Захар, у тебя проблемы?

Мужчина открыл глаза и взглянул на нее.

***

Захар всегда знал, что Наталья сильнее его. Не хотел признавать это, затирал, давил морально. А сейчас вдруг смирился.

И да, он рассказал ей все как есть. И что, видимо, уйдет из фирмы. Хотя Захар не представлял себя без этой работы. Он отдал фирме столько лет, это было его детище.

Наталья молча слушала и хмурилась, наконец сказала:

- Подожди, Захар. Это все создано твоим трудом, ты честно заработал это. Я считаю, что ты никуда не должен уходить, без тебя фирма загнется. А с родителями разберись, давно пора уже решить вопрос собственности. Но лучше после того, как разведешься.

Он гулко сглотнул, ощущая, что его отпускает, а грудь дернулась, жадно вбирая воздух. Это было именно то, что ему нужно. Понимание, содействие. Он ведь знал, знал, что Натка всегда была сильнее его.

Потом он просто кивнул ей и сразу ушел.

***

Наталья конечно проводила его в прихожую и заперла дверь.

За все то время, что она разговаривала в кухне с бывшим мужем, Глеб ни разу не обозначил своего присутствия. Он просто ходил из угла в угол в гостиной. Сейчас он, тяжело ступая и засунув руки в карманы, вышел в прихожую.

Взгляд исподлобья сердитый и ревнивый. Она прекрасно понимала, что он все это время чувствовал, и была благодарна, за то, что он дал ей разобраться самой.

- Спасибо, - проговорила она.

Улыбнулась и обняла его. Вот сейчас у него взгляд был жадный и собственнический. А руки – просто стальной капкан.

- Одним спасибо не отделаешься, - проурчал он ей макушку.

В общем… Она и не надеялась. И да, все было хорошо.

Если бы еще и не вспоминать о том, что рассказал ей Захар. Но совсем выбросить из головы не получалось. Это с мужем или с женой можно развестись, а дети всегда остаются твоими, даже если у вас не самые лучшие отношения. И если им плохо, тебе больно.

- Успокойся, - шикнул Глеб, видя, что она не спит.

Притянул ее к себе под бок. Диван совершенно по-гадски заскрипел. Он сдавленно выругался и прижал ее к себе теснее.

- Все хорошо. Постепенно решим это. Разберемся со всем, просто дай время.

Она кивнула. Не обернулась, но мужчина почувствовал, как она расслабилась в его руках.

Глеб ведь знал, кого брал. И что не одну ее берет, а со всем багажом, тоже знал. С мамой, с мужем бывшим – козлом, с детьми – уродами. Потому что они важны для нее, не выбросишь их, не вырвешь. Они тоже ее часть.

А он хотел ее всю. И все для нее. Дом хрустальный на горе, чтобы на юг окнами, на руках носить, баловать.