Няня для родного сына

– Это ничего! Поспит лучше! Я схожу в баньку, пока вы спать будете?

– Конечно!

Игорь Петрович помог открыть мне номер, дождался, пока я положу Кирилла на кровать, и закрою за ним.

Я тоже решила прилечь. Уже почти засыпая, услышала стук. Посетовала на беспокойный характер Игоря Петровича, распахнула дверь и замерла, забыв, что нужно дышать.

– Вероника?! – На меня смотрели голубые глаза отца моего сына.

– Здравствуй, Мартин.

Глава 20.

Мартин.

Смотрю в её лицо и понимаю, что где-то, на уровне подсознания, я надеялся увидеть Веронику, и всё равно оказался не готов к этой встрече.

– Что ты здесь делаешь? – задал вопрос, на который прекрасно знал ответ.

– Можно тише, Кирилл спит, – Вероника нехотя отошла в сторону, позволяя войти в номер.

– Значит, Николь Шейн? – усмехнулся.

Имя. Меня сбило с толку чужое имя. Ведь даже мысли не возникло, что она может его сменить. В остальном я оказался прав. Прав, чёрт побери!

– Что не так?

– Зачем ты сменила имя и фамилию, Вероника?

– Взяла фамилию мужа.

Ответ полосонул по сердцу.

– Ты замужем? – переспросил, понимая, насколько глупо звучит мой вопрос.

– Ты женился, почему я не могу выйти замуж?

Вопрос был риторический.

– Зачем тебе Кирилл? –  спросил, глядя в лицо женщины, которую предал. Именно предал. Не сдержал своего слова.

– А тебе?

– Кирилл – мой сын. Я не мог его оставить.

– Правда?! – в её голосе звучал сарказм. – И поэтому ты позволил чужой женщине стать его матерью?

– Зачем ты устроилась няней, Вероника?

– Это единственный способ быть рядом со своим сыном. Мне нужны права на моего ребёнка, Мартин.

– Тогда тебе придётся развестись со своим мужем, Вероника.

– Это ещё почему? – Вероника на секунду растерялась.

– Потому что я не отдам своего сына чужому мужчине.

– А чужой женщине, значит, можно считаться матерью моего сына?

– Ангелина – моя жена."

"– Да что ты говоришь?! А ты не задумывался, нужен ли мой сын твоей жене?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что Кирилл никому из вас не нужен! Я прошу тебя, отдай мне ребёнка, Мартин.

– Только моя жена будет иметь права на Кирилла.

– Тебе он был не нужен, когда ты женился на Ангелине. Что изменилось?

Вероника была на грани.

– Я не могу позволить, чтобы единственный наследник моей семьи рос под чужим именем.

– Я оставлю ему твою фамилию, – пошла на уступки Вероника.

Я смотрел на знакомое до мельчайших черточек лицо и понимал, что передо мной другая женщина. Не та, которая с любовью и нежностью смотрела в мои глаза. Не та, которой я обещал всегда быть рядом, а потом сам же и оттолкнул. И не та, которая, развернувшись, ушла прочь с высоко поднятой головой. Не та, которая, родив от меня ребёнка, отказалась от него.

Эта Вероника не уйдёт. Она будет бороться. До конца. Пока не получит то, что ей нужно.

Кирилла.