Никому о нас не говори (СИ)

Торжественная часть мероприятия началась.

То ли моё внутреннее состояние тоски и апатии так влияет, то ли действительно это всё проходит скучно. Около получаса, не меньше, мы слушаем нудную речь ректора об истории нашей академии. Естественно, прерываясь на громкие аплодисменты.

Следом появляется сам губернатор, и опять идут долгие речи, поздравления, награждения студентов и преподавателей.

А мои ноги совершенно отвыкли от каблуков. Я не выдерживаю. Как только начинается концертная программа, шепчу Соне, что отойду ненадолго. Сама же прячусь у одной из стен. Прислоняюсь к ней спиной, стараясь хоть немного уменьшить напряжение в ногах.

И, пока «отдыхаю», скольжу глазами по танцующей толпе. Во вспышках светомузыки и блеска диско-шаров я вылавливаю взглядом кое-что знакомое. Рано радовалась, оказывается!

Я замечаю Петрову и Красно в компании нескольких парней. Хвала небесам, они увлечены своими телефонами и не смотрят по сторонам. Обнимаются и кривляются на камеры. Но желание уйти отсюда как можно скорее становится лишь навязчивее. Если у меня есть хоть какой-то шанс не пересекаться с Полиной, то это будет единственной радостью за прошедшие несколько дней.

Здесь мне делать уже нечего. Галочку о посещении получила, в ладоши торжественно похлопала, речам губернатора внимала, а для всеобщего веселья моё присутствие необязательно. Разве что Соня может обидеться, что прямо сейчас я собираюсь сбежать. Но, кажется, в данный момент она увлечена только танцами.

Я осторожно, вдоль стены, крадусь к выходу. Ныряю между тяжёлых штор и оказываюсь в коридоре. Металлоискатель издаёт краткий писк, но серьёзные дяденьки в костюмах никак не реагируют.

Я свободно проскальзываю мимо них и с облегчением выдыхаю, когда стягиваю с головы маску. Даже туфли перестают так сдавливать пальцы на ногах, когда спешу вниз по лестнице к гардеробу.

С улыбкой достаю из внешнего кармана сумочки номерок от пальто и протягиваю его гардеробщице. Только одежду свою я так и не получаю.

— До семи часов приказано никого не отпускать. Это особое распоряжение ректора, — озвучивается мне.

Лицо моё снова становится каменным. До семи? То есть ещё два часа здесь? Супер!

Только обратно в зал я не иду. Чур меня от этого веселья.

Я возвращаюсь в пустынные коридоры академии, но через другую лестницу и в другом крыле. Здесь не горит свет и почти идеальная тишина.

Лишь изредка слышны отголоски музыки, что гремит в актовом зале.

Поднявшись на третий этаж, я медленно плетусь по коридору в самый дальний его угол. Там, возле кафедры криминалистики, есть небольшой закуток с широким подоконником и окном, отгороженным бетонной колонной.

Туда-то я и иду, слушая, как цокают мои каблуки по паркету. И я решаю ещё раз испытать надежду.