Никому о нас не говори (СИ)

— Если хочешь, можешь ещё поплакать, — шепчет мне в затылок Тим."

"— Куда уж больше, — хриплю я севшим от рыданий голосом. — У меня и так глаза уже, наверное, как две щёлки.

Тим слегка приподнимается надо мной и заглядывает в моё лицо.

— Ну да… — произносит наигранно строго. — Лучше не плакать. Точно как щёлки. Жуть.

В другой раз я бы улыбнулась. Шутливо пихнула бы в бок Тимура. Я ведь понимаю, что ему хочется разрядить обстановку. Но сейчас всё мимо… Даже выдавить из себя что-то наподобие улыбки я не готова.

И Тим чувствует это. Он ещё крепче обнимает меня, прижавшись носом к моим волосам.

— Забавная штука получается. Я могу неделями не появляться у отца — ему плевать. А у тебя какой-то запредельный контроль, — задумчиво вздыхает Тимур.

— Мама не была такой раньше, — тихо всхлипываю я.

— Возможно, ты просто не замечала этого.

— Тим… — мой голос срывается, и меня опять трясёт. — Я же не такая… не такая, как она говорила…

Объятия Тимура становятся сильнее. Он стискивает меня под одеялом так, будто бы я сейчас могу исчезнуть. Я зажмуриваюсь и вжимаюсь в его руки.

— Твоя мать перегнула палку. Не дай её словам сломать тебя, — Тим переводит дыхание. Я чувствую, как его ладонь протискивается между моими руками, прижатыми к груди. Тимур находит мои пальцы, крепко переплетает их со своими и вдруг резко выдыхает: — Давай уедем?

— Мы же и так уехали… — бормочу я.

— Нет. Вообще уедем отсюда.

И до меня доходит… Это ведь предложение сбежать, да? Я распахиваю глаза — насколько это можно сделать опухшими щёлками — и настороженно замираю, слушая, как ровное дыхание Тима теряется в моих волосах.

— Как уедем? — спрашиваю тихо и даже перестаю плакать.

— На машине.

— Куда? А учёба? А деньги?

— Завтра сядем и на свежую голову решим, куда можно поехать. Да и что мешает тебе учиться где-то в другом университете? Денег на первое время хватит. А если поучаствовать ещё в парочке боёв, то…

— Нет, Тим! Никаких боёв! — сипло восклицаю я, вздрогнув.

— Хорошо-хорошо, — покорно соглашается он, целуя меня в затылок. — Значит, найду просто хоть какую-то работу. Может, у меня не семь пядей во лбу, и я не стану крутым адвокатом, но руки-ноги-то есть. Что нам терять, Ань? Возвращаться к отцу я не собираюсь. А ты… — Тим поглаживает пальцами тыльную сторону ладони — Я не хочу давить. Можно уехать хотя бы на лето. К морю, например, пока твоя мама не успокоится…

Я даже не успеваю нарисовать в своей голове то самое море, о котором заикнулся Тим. Упоминание моей матери не даёт мне этого сделать. Я снова слышу её слова и физически ощущаю на себе тот взгляд, наполненный отвращением.

В груди колет. Глаза болезненно щиплет. Прямо в сильных горячих руках Тимура я сжимаюсь в комок.