Никому о нас не говори (СИ)

В телефоне этой Ани нет звонков с незаписанных номеров. Только от мамы, какой-то Сони и старосты. Но историю вызовов можно же и почистить? Только что-то мне подсказывает: ничего она не чистила. Я поэтому и свистнул её телефон в самый неожиданный для неё момент. Чтобы она не успела замести следы.

Чёрт! Да даже история браузера у неё невиннее девственницы. Через него вели поиск билетов в консерваторию и смотрели варианты подарков на день рождения маме. Маме, блин! Этот телефон — чертовски бесполезный гаджет. Осталось присобачить к нему нимб.

Как и этой блондинке Ане. Такие испуганные глаза у неё. Смотрит на меня с таким выражением, словно дьявола видит перед собой. И выглядит она каждый раз так, будто бы сейчас в обморок шмякнется. Мышь перепуганная. А может, актриса, которой нужно срочно вручить Оскар?

Но ведь её же кто-то запихнул тогда в нашу раздевалку голой? А если она сама всё подстроила? Или я параноик? Да хрен с этим. На кону у меня слишком много. Знал бы, ни за что не подошел бы к этой Ане: ни по пьяни, ни по-трезвому.

Я сижу в машине, стуча пальцами по рулю, и смотрю перед собой на темнеющее от наползающих туч небо над развалинами складов. Да, я параноик. Засуетился, зассал, задёргался. Мне нужно успокоиться. Походу, эта девица действительно по глупой случайности оказалась у нас в клубе. Но тогда ей просто повезло. Судя по рассказу, тогда она попала на дежурство нашего Пахома, сердобольного уголовника с тремя отсидками. Он то котят притащит, то щенков подкармливает. И лучше бы он на этом и остановился. А он притащил эту…

Теперь у меня могут быть проблемы. Если Аня хоть где-то откроет свой рот, то слухи разлетятся со скоростью света. И тогда всё пойдёт по звезде.

Мне осталось всего несколько боёв. И я буду свободен. От всех и всего. От своей семейки и, главное, от своего конченого отца.

Злость тут же расползается по грудной клетке, а ладонь цепляется за руль, сжимая его так, что ощущаю боль в костяшках пальцев.

Из-за этой досужей девки я могу всё потерять.

И именно эта досужая вырастает как из-под земли перед капотом моей тачки. Бесшумно усмехаюсь. Всё-таки пришла. Не решилась идти с доносом к декану. А я думал, что после нашего общения в том коридоре цокольного этажа её путь лежит прямо в отделение кардиологии. Там, в углу, у неё так шарашило сердце, что я бы не удивился, если бы эта Аня брякнулась мне в ноги без сознания в ту секунду.

А сейчас, прижав к груди свой рюкзак, она смотрит на меня своими огромными, широко посаженными глазами через лобовое стекло. Кажется, эта Аня стала ещё бледнее. Интересно, она всегда такая немного пугливая?

Я кидаю ей пригласительный жест, указывая подбородком на пассажирское сиденье рядом. И она послушно семенит к двери машины.