Новый враг

С резкими перебежками. И если ты ещё не понял, то главный и запасной выходы из штаба с этих позиций отлично просматриваются. Боги его знают, кто это, но эти типы явно профи. Крепкие такие профи, раз их ещё никто не заметил.

– Может, лучше рассказать об этом Щукину? Не дай боги, это «мастера»?

– Именно для этого ты и таскаешь подавитель, – ответил я. – Зря я его, что ли, тебе доверил? Тихо подойдёшь, тихо возьмёшь. После чего займёшься следующим. Не пытайся припугнуть их оружием – сразу по голове бей.

– Понял, – кивнул он.

– Тогда иди. Можешь кого-нибудь из наших дам взять.

Развития ситуации я отправился ждать на прежнее место за столом. Щукин только взглянул на меня вопросительно, но я молча отмахнулся. Пожав плечами, он вернулся к прежней работе, – чем бы он там не занимался, – склонившись над картой округа Мири. Вернулся Ёхай через полчаса, подошел ко мне и, наклонившись, прошептал на ухо:

– Нашли обоих, но тот, что на северо-востоке, успел раскусить капсулу с ядом.

– А второй?

– Даже не рыпнулся, – ответил он. – Он сейчас у целителей. Химию вкололи. Проверяют на наличие сюрпризов. Такую же капсулу с ядом уже изъяли.

– Малаец или европеец?

– Второе. А вот снаряжение как у нас. Один в один.

– Дела-дела… – постучал я пальцем по столу. – Что ж, пойдём, побеседуем с ним.

Щукину мы про вторженцев рассказали, а вот как вообще на них вышли – нет. Он, в общем-то, и не стал задавать лишних вопросов, посверлил меня тяжёлым взглядом немного, да и успокоился. Целители, кроме капсулы в зубе, больше ничего не нашли, так что, приковав мужика к стулу, вкололи ему нейтрализатор снотворного и принялись ждать, когда тот очнётся. Само собой, врубив перед этим подавитель.

О самом диверсанте рассказывать особо нечего – европейская внешность, экипировка, камок, как у наших бойцов, блондин… ничего, что выделяло бы его из тех европейцев, что служат под моим началом. Тем не менее на глаза моим людям ни он, ни его напарник старались не попадаться.

– Вообще, конечно, безмерная наглость – заявиться прямо на нашу базу, – покачал головой Щукин, разглядывая приходящего в сознание лазутчика.

Ирония в том, что он это мне говорит.

– Малайцы на корветах, наверное, так же думали, – ответил я. – Те, кто сообразить успел.

– Мы туда с должными силами пришли, – не согласился он.

 – А эти…

– А у этих и задача другая, – пожал я плечами.

– Твоя ликвидация?

– Вот это мы и должны узнать, но согласись – вряд ли они рассчитывали захватить базу, а нас всех перебить."

"Мне не раз и не два, уже в этом мире, говорили, что нет таких людей, которые могут выдержать пытки. Типа все ломаются. Ага. Что ж, скажите это Степану Разину. Или менее знаменитому Ваське Шибанову, которого запытали люди Ивана Грозного, но который так и не предал своего господина.