Одиночка

 — И, похоже, они туда что-то тяжелое привезли. Лошадей больше, чем бойцов. Намного.

— Странно, что пластуны их не заметили, — помолчав, проворчал комендант.

— Они, похоже, по звериным тропам прошли, — коротко пояснил Елисей. — А пластуны перевал проверяли.

— Тоже верно, — кивнул штабс-капитан. — Ладно. Спасибо тебе, Елисей. Не скажу, что обрадовал, но нашел ты их очень вовремя.

— Случай помог, — пожал парень плечами.

— Случай, — все так же задумчиво хмыкнул офицер. — Похоже, любит тебя господь, раз уж так помогает.

— Вот уж за что не ведаю, — тут же открестился Елисей.

— Ты мне вот что скажи, — вдруг сменил тему офицер. — Женщине с двумя детьми в Пятигорске ты помогал?

— Добралась, значит, — моментально сообразил парень.

— Добралась, — кивнул офицер. — Сестра это моя единокровная. Муж у нее болел долго. И раньше-то на его жалованье жили, а как заболел, так едва до голодухи не дошло. А как помер, так выяснилось, что жить им более не на что. Дом, и тот за долги забирают. Вот она и решила с детьми ко мне податься. У меня, кроме нее, и нет никого более.

— Бывает, — понимающе кивнул Елисей, не очень понимая, зачем он это все рассказывает.

— В общем, рассказала она мне, как ты ее и на базаре выручил, и после. И купец подтвердил. Ты уж не обессудь, но деньги я тебе только в следующем месяце вернуть смогу. Сам понимаешь, жалованье у меня небольшое, а тут еще пришлось их устраивать, вот и поиздержался.

В голосе штабс-капитана звучало неподдельное смущение. Сообразив, что он говорит о тех десяти рублях, что Елисей дал женщине в чайной, парень чуть усмехнулся и, махнув рукой, заявил:

— Да господь с вами, ваше благородие. Какие долги? Я ж с той истории еще и с наваром остался, когда бандитов тех полиции сдал. Так что и думать забудьте. Да и не ждал я, что она сумеет мне те деньги вернуть. Так отдал.

— Просто так? — растерялся комендант.

— Ну, а как иначе-то? — развел парень плечами. — У нее двое деток малых на руках. Нешто я зверь какой, чтобы в беде бросить? С собой взять не мог, потому как верхом был. А вот помочь с обозом добраться, так это труда не составило. В общем, забудьте.

— Спаси Христос, Елисей, — взволнованно кивнул штабс-капитан, протягивая ему руку.

* * *"

"Три дня его никто не трогал, а на четвертый на двор явилось отделение солдат под руководством молодого прапорщика. Удивленно рассматривая этот конвой, Елисей невольно положил ладонь на рукоять пистолета. С оружием он не расставался даже в постели. Габариты и вес местных образцов сильно отличались от тех, к которым он привык, вот и приходилось таскать на себе килограммы железа, чтобы привыкнуть. К тому же ему приходилось все время что-то менять и переделывать в своей амуниции.

Одежда казаков сильно отличалась от той, что носили солдаты.