Одинокий фонарь

Пацанами были, и похуже бывало…

– Похуже?! На тебе места живого нет, синяки одни и кулак с гирю!.."

"– Сойдут через недельку. Особенно если ты мне хотя бы плечо намажешь той штукой, что на тумбе стоит.

Штука оказалась мазью от ушибов и растяжений. И если бы не мои холодные руки, Макс, наверное, морщился бы меньше.

– Ты же сказал, что только поговорите… – буркнула, осторожно втирая лекарство в слишком горячие мышцы. – А если он в полицию на тебя заявит?..

– Некоторые люди слов не понимают. И потом… Ты знала, что этот хлыщ получил солидную сумму от госпожи Валерии за порновидео с твоим и его участием?

– Чего?!

– Ай!.. Полегче!..

– Ой, прости…

Разжав его плечо, я мысленно прокручивала моменты встреч с Нефедовым. «Пятьдесят штук на дороге не валяются», «придется действовать жестче»…

Это… Это он что, собирался мало того что в постель уложить, так еще и… снимать?! А видео куда? На память? Ой, нет… Такое за деньги на память не снимают. Перед глазами поплыли яркие картинки, как меня с треском бросает Макс, как выгоняют с работы за неподобающее видео в Интернете и на новую не берут… Как в больницу с инфарктом ложится мама – любительница соцсетей…

– Кать, ты чего такая испуганная? – нахмурился. – Что, уже было что снимать?

– Я?! Нет!!!

– Точно нет? – подозрительно сощурился, косясь на меня одним глазом. – В лифте ворковали, как будто уже…

– Макс!!! – возмущенно ударила рядом с ним так, что дернулся в сторону. – Неужели не ясно было, что я хотела тебя позлить?!

Меня ощутимо трясло, в горле поднимался ком и тошнота. Он сел, откинув одеяло.

– Еще и на груди синяк!.. – возмущенно запыхтела.

Меня поймали за талию и, шипя от боли, притянули к себе.

– Все хорошо, девчоныш… теперь все будет хорошо, – размеренно произнес на ушко. – Главное, что у них ничего на тебя нет. Ты у меня стойкая девочка, – поцеловал волосы, – самая верная, самая любимая!.. Не нервничай. Надо было сразу с Леркиным отцом встретиться, но кто же знал…

Я со вздохом откинулась на его грудь, вытирая слезы. Просто так страшно за Максима стало, как-то не задумывалась никогда, что он может пострадать, даже если ударит первым!..

– А что отец?

– А ты думаешь, это чьи деньги были? Лерон наверняка напела ему, что берет их под бизнес, это в ее стиле. Ему очень не понравилась новость о том, на что в реальности ушли пятьдесят тысяч. Да к тому же это дельце попахивает криминалом, а светить свою депутатскую фамилию даже в выигранном деле о попытке шантажа, вымогательства и сексуального насилия ему не с руки. А у меня теперь достаточно материала, чтобы довести это дело до суда, уж поверь.

– И ты с ним свяжешься?

– Мы разошлись мирно. Думаю, это не нужно ни ему, ни мне.