Одна ночь с миллиардером

Иногда по утрам она ворчала, но ей нравилась работа Кайли, особенно крем по уходу за кожей, который Кайли применяла, поэтому после макияжа ее настроение улучшалось. Она до сих пор называла Кайли «жирной Мэрилин», но Кайли к этому уже привыкла. Как оказалось, Дафна плохо запоминает имена, поэтому дает всем прозвища. Костюмершу она называла «рыжая шалава» или просто Джинджер, из–за того, что та была рыжеволосой, лицо усыпано веснушками, и она носила облегающую одежду. Осветителя она называла «Ходор», звукорежиссера «Волосатый Дэйв», а свою ассистентку она называла «Снупи», потому что та, как « собака приносила все, что ее попросишь».

Если подумать жирная Мэрилин не такое уж плохое прозвище. Она слышала, как она по всякому обзывала своих танцоров, в не зависимости от того, раздражали они ее или нет.

– Она была приятнее до наркотиков, – сказала Джинджер, пришивая паетки к третьему костюму Дафны. – Была очень милой, забавной девушкой. Сейчас она просто сука.

Кайли моргнула от таких грубых слов. – Со мной она нормально общается.

Джинджер пожала плечами. – На этой неделе она еще сносна, потому что ее новый танцор и по совместительству новая игрушка, снабжает ее хорошими наркотиками.

– Она показала на наркомана, снюхивающего дорожку. – Он будет ее любимцем до тех пор, пока у него не закончится его зелье.

Ого, Кайли облизнула губы, ей стало не комфортно.

– А лейбл об этом знает? – Может ей стоит сообщить кому–то, до того, как Дафна выйдет на сцену?

– Им все равно, – ответила Джинджер. – Кто думаешь подсадил ее на наркотики? Так им легче контролировать звезд. И им плевать, пока они получают свою прибыть. – Джинджер в последний раз продела нитку и завязала узел.

– Я с ней уже 5 лет. И каждый раз повторяется одно и тоже. Она не употребляет, но потом кто–нибудь предлагает ей что–то новенькое. Подсаживается, доводит себя до передозировки, попадает в реабилитационный центр, и на время опять перестает принимать. Затем опять появляется новый порошок и все начинается заново.

Дафна была заядлой наркоманкой. Кайли вспомнила следы уколов на ее руках. – Она плохо выглядит. Кто–нибудь заботиться о ее здоровье?

– Всех больше заботит прибыль, которую она приносит. – Джинджер откусила нитку, и расправила платье.

– Тебе лучше пойти к себе, скоро ты ей понадобишься.

Кайли сморщилась, посмотрев на дверь гримерной , где Дафне полагалось отдыхать перед концертом. Но вместо этого из гримерной доносились крики. Если у Дафны будут покрасневшие глаза от слез, то Кайли не сможет нормально приклеить ей накладные ресницы. Тяжело вздохнув, Кайли собралась силами и пошла в гримерную.

Как она и подозревала, Дафна сидела на стуле перед зеркалом и плакала. Она вытирала глаза одной рукой, а другой рылась в косметике Кайли.