Одна ошибка

Так мы заранее сможем узнать, если кто-то… — она обернулась взглянуть на леди Каргию. — Решит пожаловать к нам в гости.

Леди отвела глаза, а маг поклонился, откидывая с лица блестящую прядь черных волос, и проговорил:

— Благодарю, миледи.

И все-таки раздражение, бродившее в ней во что-то должно было вылиться.

— Но вы же понимаете, что сигналку могло потревожить стадо кабанов. Или олени. Или медведь. Или… Леди Каргия, — обратилась Изабелла к пожилой даме. — Как звали того благородного разбойника, промышляющего в наших лесах.

— Неуловимый Робин? Но это же древняя легенда? — на автомате выдала леди и изобразила неловкую улыбку.

Повисло молчание. Не прозвучало главное — это мог быть ее несостоявшийся жених.

Она снова отвернулась, глядя на дорогу, и твердо проговорила:

— Кто бы это ни был, мы сумеем его принять.

***

За лесом, вернее, за его частью, проходила граница.

А вдоль границы петлей пролегал лесной тракт, ответвлявшийся от главного тракта, тянувшегося по всему континенту. Лесной тракт связывал земли многих сопредельных государств, от него и уходили дороги на Савостию, Аргантар, Линдоссу и некоторые другие королевства, герцогства и княжества.

Так что да, теоретически это могли бы быть кабаны или олени.

Но в действительности все обстояло совсем не так.

***

Улизнув с пира в честь несостоявшегося бракосочетания его величества Норберта Аргантарского, Карл Линдосский первым делом направился в свое герцогство. Ибо к ответственному шагу, который он собирался совершить, нужна была определенная подготовка. Имидж, и все такое. Нет, конечно, прекрасному герцогу вовсе не приходило в голову менять свою внешность.

Дело было в другом. Он собирался предстать перед девицей, покорившей его воображение, рыцарем в блистающих доспехах, защитником. Карл был уверен, что король Аргантара никогда не переступит через свою гордость и не явится к бывшей невесте. Не после того как ему публично отказала.

Но сама мысль внушить Изабелле, что она в опасности, была очень и очень здравой.

Опасность в интерпретации его светлости должна была исходить от жестокого тирана. И это даже нельзя назвать неправдой, потому старина Норберт сам преуспел в том, чтобы его считали чудовищем. А он, Карл, в этой ситуации предлагал спасение. Руку и сердце. Ну, и за это его светлость готов был принять на свою долю неплохое приданное в виде небольшого доходного княжества, а также все женские прелести леди Изабеллы.

Возможно, он изначально и заинтересовался княжной Савостийской, только потому что та принадлежала другому. Но рассмотрев девушку поближе, нашел в ней еще и массу достоинств, и даже испытал некоторую досаду и зависть. А когда княжна отказала Норберту Аргантарскому, Карл справедливо решил, что это его шанс.