Одри, герцогиня Йорк

Видела, как она смотрит на своего единственного сына, и это была самая настоящая любовь.

— Хотите поспорить? — прищурился Ульрих.

— Нет нужды, сами увидите.

— Тогда стоит предупредить Карла и его людей, чтобы были осторожны на обратном пути в Альвер?

— Я скажу ему об этом, — кивнула и перевела взгляд на священника, — раббат Нолан, не вините себя, предусмотреть всё невозможно, мы не боги, простые люди.

— Лучше бы она взяла моё сердце. Патрис… юная, весёлая, ей жить да жить, как же так? — не слушая меня, прошептал Нолан, сейчас он выглядел куда старше, ему на плечи будто легли ещё два десятка лет.

Я посмотрела на Лиама, безмолвно прося его переговорить с раббатом, подобрать нужные слова, потому что сама сейчас была не в силах кого-либо утешать. Последняя неделя высосала из меня практически все соки, не только эмоциональные, но и физические. Я так устала от этой большой игры, от бесконечных интриг. И недоглядела. Одного из тех, кто доверился мне, пришёл в Друидор, встал под мою руку, больше нет. Смерть Патрис оказалась страшным ударом. Бедная девочка не заслужила такой участи.

— Пойдёмте, Ваша светлость, — Ульрих шагнул ко мне и, перехватив под руку, повёл на выход.

Кенсингтон же проводил нашу пару тоскливым взором, но не двинулся с места, прекрасно поняв мою мысленную просьбу не оставлять старика одного.

Леди Элея ждала нас в пустом коридоре лечебницы и тихо пристроилась позади. Сейчас больница не казалась мне приятным местом: тени, притаившиеся в углах, скрывали злобный, торжествующий оскал Аманиды, а каждый шорох мерещился хищной поступью Гедо.

Король Ликонии помог забраться в карету и мне, и дуэнье. И сам устроился напротив, передумав ехать верхом.

— Простите, Ваша светлость, вы скажете, что это не моё дело, — начал он.

— Не ваше, — кивнула я.

— Я в праве возразить: моё, ещё как моё. Вашей вины нет. Сожалениями, которые безо всякого труда читаются на вашем лице, девушку не вернуть. Но мы можем отомстить, потому стоит подумать, как подловить Аманиду и отыскать зеркало. Придумать, что предложить Гедо взамен на нужную нам информацию."

"— На самом деле всё просто: Сурейх хочет только одного — получить свободу, выйти из заточения и подарить этот мир своему страшному господину.

— Вы хотите сказать? — чёрные глаза Ульриха блеснули пониманием.

— Пусть Аманида завершит начатое и освободит Гедо, — сложно было произнести подобное вслух, но сердце светлого мага, чистого душой уже в руках врагов.

— И вы готовы принести в жертву сотни, тысячи душ? Прольются реки крови…

— Ни единой капли. Очень надеюсь, что у меня… у нас всё получится.

Ульрих прищурил глаза и, не мигая, на меня уставился.

— Мы скрытно отправимся за Карлом. Дождёмся, когда к нему явится Аманида, позовёт сына за собой и он пойдёт за ней.