Одри, герцогиня Йорк
Книга ВТОРАЯРоковой случай и вот я дочь опальной герцогини, бывшей фаворитки короля.Мою мать казнили на моих глазах, а меня сослали куда подальше.Я думала, что буду одна против всего мира, но находятся люди, готовые мне помочь и не потребовать ничего взамен.Во мне проснулась древняя магия светлых, и теперь меня точно не оставят в покое… Потому нужно стать сильнее и суметь дать отпор всем врагам.Спасибо всем, кто ставит звёзды и оставляет комментарии! Получая их, я понимаю, что вам нравится моя история)))
Унитаз, — шокирующая экскурсия продолжилась, — садитесь на него, как на стул, делаете свои дела, тянете за вот эту верёвочку, специально для смыва предназначенную. И душевая кабинка.
Из странной железной конструкции потекла вода, сначала медленно-медленно, но постепенно всё набирая обороты.
— Вода прохладная, если вам нужно погорячее, только скажите, вам мигом приготовят бочку…
Ключница ушла. А он остался.
М-да.
Скромный дворец, говорите? Неказистый снаружи и полный неожиданностей внутри…
Перед тем как отправиться по своим важным делам, Берта предупредила, что праздничный обед в честь высоких гостей состоится завтра.
Его Величество походил по комнате, постоял у окна, задумчиво закинув руки за спину, посидел на кровати, снова зашёл в уборную, покрутил ручки, заглянул везде, куда только мог дотянуться. Он любил всё необычное, покровительствовал розмыслам в своей стране, но всё, что он видел сейчас, выходило за привычные рамки…
* * *Я давно и целенаправленно готовилась к встрече с Ульрихом, первым делом была модернизирована именно его комната, затем все остальные в левом крыле.
— И? — посмотрела в хитрые глаза Берты.
— Лицо Его Величества натуральным образом вытянулось. Он, конечно, быстро совладал с собой, но я успела заметить восхищение на породистом лице. Ох и красивый мужчина! Только Ховарду не говорите, — понизив голос, добавила она.
А я весело рассмеялась. Подхватила в руки полированный ларь из редкого дерева, и откинула крышку.
Глава 19
Смысл предсказания, написанного древней прорицательницей Дагайей, был для меня ясен как божий день. В нём говорилось обо мне. О моей душе, воплощённой в этом мире, в теле малышки Одри Йорк. По всему выходило, что я именно та, кто спасёт мир от вселенского зла. Я типа Мэри Сью, ага-ага."
"Подобное знание не стало дополнительным булыжником к тому грузу ответственности, что и без того каменной плитой давил мне на плечи.

















