Опасный дар

Одолела бы она сестру в честном бою? Хрусталь на три года старше и крупнее, но ленива и нерешительна, да ещё и болела тяжелее, чем сёстры, так что тогда Снежна, наверное, одолела бы. Только зачем? Погибших ледяных и без того слишком много, чтобы наращивать похоронный список собственными когтями.

Малютка Норка всхлипнула, и у Снежны заныло сердце. Вот уж кто не хотел бы драться за Ледяной трон.

– Нет! – прохрипела мать, свирепо сжав в когтях лапу дочери. – Никаких поединков тоже не будет. Я сама выберу новую королеву ледяных!

Старшая дочь нервно потёрла концы крыльев друг о друга, издав тревожное дребезжание.

Снежну эта новая привычка сестры немало раздражала.

– Но… но как же… – сбивчиво начала она. – Так же не принято, традиция…

– Вы поклянётесь мне великими духами из глубин льда, – зарычала Глетчер, – что поддержите ту, которую я изберу! Поддержите и поможете ей спасти и сохранить наше племя. Никаких больше поединков, битв и войн! Вы хорошо меня поняли?

Старшие дочери переглянулись. Ну конечно, она выберет Хрусталь, с горечью подумала Снежна. Старшая самая спокойная и уравновешенная, драконы её любят.

Не добилась высшего ранга, но и не расстраивалась по этому поводу. Выходит, если дать клятву, придётся отдать ей трон навсегда?

– Это надолго? – спросила Снежна. – По правилам, никто не может вызывать королеву на поединок в первый месяц её правления…

– Нет, не месяц! Племени нужно будет оправиться после чумы… – Все поняли недосказанные слова: «Если оно вообще выживет».

– Значит… – Снежна глянула на опущенную голову старшей сестры. – Значит, год?

Старая королева тихо вздохнула, будто метель пронеслась по замёрзшему озеру.

– Я вообще не хочу, чтобы вы дрались, – прошептала она, устало опустив веки, – никогда.

– Я не буду! – пискнула Норка. Порывисто вскочила на постель и забралась матери под крыло. – Никогда не нападу на них, обещаю! Я их люблю, и тебя, мамочка, люблю, и мы никогда не поссоримся, правда-правда!

Подняв голову, Хрусталь встретилась взглядом со Снежной. В спокойных небесно-голубых глазах старшей трудно было что-либо прочитать. Злилась ли она, что мать заставляет нарушить многовековую традицию поединков, или радовалась, что сможет править без всяких опасений?"

"– Я тоже клянусь, – серьёзно произнесла Хрусталь.

 – Никаких поединков, никогда. Как скажешь, мама.

– А ты, Снежна?

Той казалось, что острые когти выцарапывают слова у неё из глотки.

– Клянусь, – сипло выдавила она. – Я поддержу новую королеву… кого бы ты ни выбрала. Не стану бросать ей вызов. – А в голове крутилась предательская мыслишка: «Только пока, первое время, – и не хотела уходить, как Снежна её ни гнала. – Может, когда-нибудь настанет день…»

– Хорошо.