Опекун (СИ)
Обстоятельства заставили принять помощь человека, который однажды уже предал моё доверие. Заключая сделку, я и подумать не могла, чем это обернётся. Ведь жизнь — это бесконечная вереница радости и неудач, что сменяют друг друга на всём её протяжении. Так уж случилось, что мой опекун стал моей жизнью со всеми её составляющими. Надо бы стереть из памяти огромные куски этой жизни — вырезать, как ножницами, и отпустить… Но пока сердце бьётся в груди, не отступлюсь! Ведь за счастье нужно бороться?
Кое-как справившись с ремнем на брюках, я уверенно прильнула к разгорячённому телу, обнимая руками широкую спину. Прижавшись губами к ключичной косточке, я слегка прикусила кожу. В ответ на ласки хватка мужчины стала тверже, и уже хорошо изучила его эрогенные зоны и… так совпало. что они полностью соответствовали моим, словно мы были одно целое.
Резким движением Марк развернул меня к себе спиной, и я ощутила, как его пальцы отодвинули край трусиков. Но Марк не торопился оказаться внутри, нарочно изводя ласками и ожиданием, которое казалось. длилось целую вечность… Он плавно водил пальцами по складочкам, доводя до исступления.
В такие моменты я отчетливо понимала, что жизнь несомненно имела смысл. И этим смыслом был Марк. Его сильные, властные руки, губы, глаза, чувства, душа…
Всё это имело надо мной особую власть.
— Детка, кажется, у нас что-то пригорело, — Марк прошептал мне на ухо, тяжело дыша. Я и сама ещё не отдышалась после того, что между нами сейчас произошло.
Смысл фразы не сразу дошёл до меня. Жаркое!
— Судя по запаху, сегодня у нас будет разгрузочный день, — рассмеялась я, высвобождаясь из объятий Марка, чтобы посмотреть на то, что отправится через несколько минут в мусорное ведро.
— Ты знаешь, у меня есть заманчивое предложение, — Марк поймал мою руку и вернул в свои объятия. — Мы пойдем и примем вместе горячую ванну…
Поужинать в итоге нам всё же удалось.
— Как прошёл день?
— Как всегда, много работал и мечтал поскорее оказаться дома, — любимая ухмылка озарила лицо.
— Будто ты не знаешь? — игриво подзадорила я его. Была уверена на сто процентов, что Маршал докладывал ему обо всём — где были, что делали.
— Нет, — Марк посмотрел на меня честными глазами, и я рассмеялась.
— Тогда оставлю тебе пищу для размышлений, — продолжила я его дразнить.
— Завтра мне необходимо будет уехать. Буквально на пару дней. Могу я надеяться на то, что за этот короткий промежуток времени с тобой ничего не случится? — эта новость почему-то вызвала у меня беспокойство.

















