Опекун (СИ)

— Отпусти, — взмолилась Кейтлин и сделала попытку вырваться из рук. В памяти ещё были свежи воспоминания о нашей недавней близости. — Пожалуйста… — мокрые дорожки от слёз текли по её щекам. — Отпусти… — тихо и обречённо прошептала она, и я опешил. По всему её виду было понятно, что ей было непросто просить меня об этом. Руки спали с её плеч, когда до меня дошёл истинный смысл этого «Отпусти…». Я мучил её! И в эту секунду в меня как будто вселился зверь. И окажись сейчас на месте Кейтлин Оливия, я бы порвал ту на куски. Эта тварь получила то, что хотела. Кейтлин была сломлена и разбита.

Как и я…

С силой ударив кулаком об стену, я ощутил, как боль пронзила кисть. Но эта боль ничто по сравнению с той, что была в сердце.

— Нет! Чёрт, нет! Кейтлин… — я не узнавал некогда беззаботную и радостную девушку в человеке напротив. Кейтлин была похожа на забитого и испуганного зверька. Единственное, что грело душу, — она не убегала и не искала возможности от меня скрыться. Совладав с эмоциями, я нежно коснулся ладонью лица и провёл по влажным щекам. Она всё ещё любила меня. Поэтому пришла сюда. Всё это я видел в её глазах.

Наши лбы соединились, и мы стояли так долгое время. Просто стояли молча и смотрели в глаза друг другу, так, словно они разговаривали между собой за нас. Мне столько хотелось ей рассказать: как мне было плохо всё это время без неё. Мне безумно хотелось её целовать, держать за руку, просыпаться и засыпать рядом с ней. В какой-то мере я ощущал себя наркоманом. Причём для учёных я бы стал уникальной находкой, потому что не имело значения, получил я свою «дозу» или нет У меня была нескончаемая ломка. Мне всегда было мало: её присутствия, прикосновений, поцелуев, блеска шоколадных глаз и ласкового голоса.

— Мне больно… — прошептали её губы в мои. Я прекрасно её понимал, потому что испытывал сейчас те же самые чувства. Мне было больно от своих же собственных чувств, которые я одновременно считал наказанием и чудом. Это похоже на наваждение, но лучше было сойти с ума, чем отказаться от неё. — Я старалась, правда старалась… — тихо говорила она, а в её глазах было столько грусти, что сердце защемило от тоски и безысходности. — Но я не могу жить без тебя. Не могу… — она прикрыла глаза в ответ на легкие поглаживания по лицу.

 — Не могу, — шептала она, глотая слёзы. Чувства сменялись внутри меня бурным потоком.

Нежность окутала сердце плотными нитями, и я, не сдержавшись, поддался слабости и впился губами в её рот. Наш поцелуй бел лёгким, трепетным и в то же время откровенным, так, словно мы оголяли души друг перед другом. Наверное, в этот самый момент я понял, что люблю. Окончательно и бесповоротно. Я уловил её неповторимый аромат и совершенно забыл обо всём на свете.