Опекун (СИ)

Он бережно опустил меня на пол рядом с кроватью. — Я тоже тебя люблю… — тихо сказал он, сел на кровать, и опустил голову в руки.

29 глава

Кейтлин

Как бы мне хотелось уметь читать чужие мысли, чтобы знать, о чём думал Марк в эту минуту. Слова, которые я собиралась сказать, застряли комом в горле. А мысли разбежались по укромным углам, словно испуганные тараканы. Я не рассчитывала на ответные слова о взаимных чувствах, но услышав их, замерла на месте. Но если Марк любил, то почему выглядел таким несчастным и растерянным?

— Ты разговариваешь во сне, — Марк поднял голову и наши глаза встретились.

— Что? — спросила я растерянно, ничего не понимая.

— Я чутко сплю, а ты разговариваешь во сне, — я тонула в этом взгляде.

— И…

— …В ту последнюю ночь перед моим отъездом в Лондон, ты призналась мне… — перебил меня Марк и, не закончив предложение, уголки его губ тронула тёплая улыбка. — Возможно, это было и неосознанно, но… всё же было.

Щёки зарделись ярким румянцем. Он знал… Всё это время он знал и… дыхание перехватило и цепочка воспоминаний, разделивших нашу жизнь на до и после больно укололо в самое сердце. На смену растерянности пришла неуверенность и замешательство.

— Пусть так. Но с того времени мало, что изменилось, — не в моих правилах и принципах было доходить до середины пути и сворачивать с дороги. Если и идти, то уж до самого конца, каким бы он ни был, плохим или хорошим.

— Ты права. С того времени ничего не изменилось, — лицо Марка стало серьёзным, а улыбка исчезла с лица. — Тебе по-прежнему угрожает опасность. И я, увы, играю в этом всём далеко не последнюю роль, — мрачно проговорил Марк, изучая моё лицо.

Мне потребовалось какое-то время, чтобы осмыслить услышанное.

— О чём ты говоришь? Я не понимаю… — я отрицательно покачала головой. О какой опасности шла речь?

— Генри твой сводный брат. Твои настоящие родители Томас и Эдена Пирс, — Марк отвёл взгляд и запустил руки в волосы.

Перед глазами одно за другим пролетели воспоминания радостных лиц мамы и папы. Нет, должно быть это какая-то ошибка. Марк ошибается. Это не может быть правдой. Как мог Генри быть моим братом?

— Это какая-то ошибка… — губы скривились в горькой усмешке, и я отвернулась от Марка, ошеломлённая признанием. — Это не может быть правдой. Сьюзан, Бернард… они бы сказали мне, — я инстинктивно подошла к окну и распахнула его настежь, чтобы впустить в комнату свежий воздух. — А Генри… ведь он чуть не… — мой голос осёкся, и я повернулась к Марку, встречаясь с его серьёзным взглядом.

Глаза мужчины из-за приглушённого света в комнате казались чёрными, ничего не имеющими общего с ясным и зелёным оттенком.

— Это не ошибка. Этот подонок твой брат, — твердо повторил Марк.