Опекун (СИ)

Или дадут… Нервы были на пределе, я судорожно кусала губы, потому как мне порядком надоела опека Генри, а после того, что произошло вчера, комментарии были излишне — этот человек более не мог оставаться моим опекуном. Но и подходящей замены у меня не было. До сегодняшнего дня. Марк — деловой человек и уж тем более не позволит себе жестокого обращения со мной Он продолжал о чём-то думать, запустив в волосы пятерню, наводя на голове ещё больший беспорядок.

— Кейт, ты же понимаешь, что я не смогу помочь, если не стану твоим опекуном. Я понимаю, что это неожиданное предложение, но у тебя есть кандидатура? — он вопросительно посмотрел на меня. — Генри в любом случае окажется за решёткой, независимо от того, будет от тебя заявление или нет.

— У тебя всё равно ничего не выйдет! — выпалила я.

В его лице что-то переменилось. Губы сжались в тонкую линию, в глазах полыхнула ярость. Невольно вздрогнув от такой резкой перемены, я замкнулась. Никогда ещё не видела его таким. Он резко встал и начал ходить по комнате.

— Я понимаю, наш разговор так или иначе зайдет в тупик, пока ты не поймешь всей сути происходящего? — повернулся он и заглянул в глаза. Его напряжение передалось мне, да так, что все внутренности невольно сжались до размера мячика для игры в пинг-понг. — Твои предложения? — уверенно попросил он. — Я спушаю.

Что ты думаешь делать дальше? Вернешься обратно домой, не дав показания против этого поддонка? — он выругался. — Чтобы дать ему закончить то, что не успел?

Слова хлестали меня, словно пощечины. На глаза начали наворачиваться слёзы.

Но Марк, опьяненный своей злостью, продолжал бросать острые фразы:

— Или ты доверишь имущество первому встречному человеку? Кейт! Я лишь прошу здраво мыслить! Я знал Бернарда… — он запнулся и пристально всмотрелся в мое лицо, по которому уже текли еле заметные струйки слёз. — Кейт, — кинулся он ко мне и. нежно взяв ладонь в руки, прижался к ней горячими губами. — Извини меня, я не должен был быть таким резким. По крайней мере, не сейчас. Но ты должна понять, я не желаю тебе зла. И самое лучшее, что я могу для тебя сейчас сделать, это… ты должна доверить мне опеку, — уверенно закончил он. — Мои юристы составят все наилучшим образом, — продолжал настаивать Марк.

Мне уже и самой начало казаться, что это — единственный выход из сложившейся непростой ситуации. Если бы Бернард был жив, он, конечно бы, согласился со словами Марка. Да и помощи было не от кого ждать. Страдальчески вздохнув, я покачала головой, прекрасно понимая, на что подписываюсь — иметь интерес к Марку, как к мужчине, и согласиться на то, чтобы он стал опекуном, означало. что, кроме как опеки, он ничего более предложить не мог.