Опекун (СИ)

Он буквально запрыгнул ко мне в кабинку и прижал к стене, от неожиданности или испуга я не могла ничего произнести… А когда отошла от первоначального шока, то попыталась вырваться, царапая и стуча кулаками по его телу.

— Генри, что ты делаешь, убери от меня руки, — выкрикивала я, отпихивая грубые руки от своего тела.

Но он как будто не слышал, продолжая сжимать мои бёдра. Я попыталась вырваться, но от малейшего движения он только сильнее причинял боль.

Послышался звук разрываемой ткани, и я почувствовала, как острый ремешок от топа врезался в кожу, завопила, пыталась вразумить его, но всё было тщетно. На какие-то доли секунд мужчина ослабил хватку, и я уже было подумала, что он услышал меня сквозь пьяную пелену и решил отпустить. Но нет. Одной рукой он продолжал крепко держать меня. а другой потянулся к поясу своих брюк. Я брыкалась, отпихивала его, стараясь высвободиться из цепких рук, которые причиняли боль.

— Генри, нет! Отпусти! Ты не посмеешь! ГЕНРИ! — кричала я, вырываясь.

Он молчал и с остервенением продолжал расстегивать ширинку брюк. Слёзы катились из глаз, я не хотела показывать страх, но ещё меньше мне хотелось быть изнасилованной. Паника завладевала сознанием, я бешено начала глотать воздух, понимая, что меня спасет только чудо.

— Прекрати истерику! — прошипел он над ухом и с силой ударил по щеке.

Жгучая боль захлестнула лицо. Слёзы лились, не переставая. Я уже не пыталась вырываться, смиряясь с нависшей реальностью. Мужские руки оттопырили край юбки и рванули на себя кусок тонких колготок. Но когда пальцы Генри оказались в моих трусах, касаясь промежности, я вновь с остервенением начала вырваться, за что он залепил мне ещё одну звонкую пощечину. Меня охватил ужас, я что-то кричала во весь голос, надеясь, что хоть кто-то успышит и придёт на помощь.

— Генри, пожалуйста, не надо! Прошу тебя! — но мой голос сливался с гулом музыки.

Сильная рука крепко схватила за шею и сжала так, что мне стало не хватать воздуха, отчего всхлипы резко оборвались. Он зло прошипел, чтобы я закрыла свой рот, но я продолжала извиваться и дёргаться, не собираясь сдаваться.

Дверь в кабинку со свистом вышибло, и Генри кто-то оторвал от меня. Я тут же закрыла дверь обратно на замок и испуганно забилась в угол. В пьяном состоянии он не закрыл кабинку на замок! Всё внутри упало, когда я представила, что могло бы случиться, защелкни он шпингалет. Если бы он изнасиловал меня… я плакала, не переставая. Тело пронзала дрожь, было страшно выйти из этой клетки, но и находиться здесь я больше не могла. Пулей выскочив из дамской комнаты, где несколькими минутами ранее меня чуть не изнасиловал мой опекун, человек, которому доверял отец, я побежала прочь из этого места и треклятого клуба. Слёзы катились из глаз.